Книга Коллекционер ошибок, страница 104 – Эмма Райц

— А со зрачками что?

— Мне в клинике так много всего напихали… Хрен знает… – Илья задрал голову вверх и уставился на озабоченное лицо Полины. – И мой имплант снова отрубился…

— Отрубился? Снова?!

— Блин… – Шаман спрятал лицо за правой ладонью. – Вроде кололи обезболивающее, а похоже на сыворотку правды.

— Илья, что значит – снова?

— Малявочка, сделаешь мне укол? – Он попытался подняться, но перед единственным видящим глазом все плыло.

Полина подхватила Илью за здоровую руку и помогла дойти до дивана.

— Сделаю, если расскажешь про глаз. – Она уложила Шамана и аккуратно освободила от рубашки и брюк.

— Ну… Мы просто выпили. А потом… Потом покурили.

— Ума палата, блин. Где твои ампулы?

— В кармане…

— Поворачивайся.

— Только давай нежно…

Полина рассмеялась, вытащив компактный шприц из упаковки:

— Постараюсь! – Она прицелилась и мягко ввела иглу в мужскую ягодицу.

— Сейчас я… немного отдышусь… – Илья взял ее за руку и потащил к себе под одеяло. – И мы бурно отметим…

— Непременно!

Пуля умилялась поведению Шамана под действием обезболивающего.

— Пять минут… – его глаза один за другим закрылись.

— Ну-ну…

За полчаса до полуночи Полина попыталась разбудить Илью, но тот сквозь сон лишь пробормотал:

— Полных двадцать девять лет, сто девяносто один сантиметр, девяносто два килограмма. Вторая отрицательная…

— Ценная информация, – девушка приложила ладонь к его лбу и обрадовалась: жар спал.

— Архипов Илья Сергеевич…

— Очень приятно, – хихикнула Пуля. – Романова Полина… без отчества… – она поцеловала спящего Шамана в нос и ушла на кухню, где уже успела разложить роллы и суши по тарелкам.

Выслушав поздравление Владислава Поталина по телевизору, Полина без каких-либо мыслей проследила за стрелкой курантов, отпила немного шампанского из бокала, закинула в рот пару роллов, убрала все в холодильник и, неспешно раздевшись, улеглась под бок к Илье.

— Хорош уже подливать, болото устроили, – недовольно буркнул Сатир, лежа на верхней лавке большой парной.

Камни в печи задорно шипели, наполняя пространство густым паром. Пахло дубом, хвоей и эвкалиптовым маслом.

— Кайф… – Морок уперся затылком в деревянную стену, закрыл глаза и сделал глубокий вдох, чувствуя, как по коже медленно стекают капельки пота.

— Надо нам почаще так выбираться, – Скай натянул шерстяную банную шапку, усевшись напротив и расслабленно вытянув ноги.

— Погнали в снег, – Макс отложил пушистый веник и смахнул с себя пару прилипших листиков.

— Экстремал. За сердечко не боишься? – Денис открыл глаза и тоже собирал с себя частички дуба.

— Пфф… У меня дед до восьмидесяти лет в сугроб нырял после парилки. Здоровее будем, погнали!

Прихватив полотенце, Давыдов-старший выбежал на улицу и с превеликим наслаждением рухнул с головой в высокий сугроб, довольно зарычав. Он с полминуты растирал снег на груди, руках и спине, потом «умыл» лицо и вернулся к парням, чувствуя на коже покалывание тысячи иголочек.

— Мы уж думали, ты решил Новый год там встречать!

— А что, уже полночь?

— Почти. Поталин вещает.

Выслушав президентскую речь, четверо порядком уставших, но довольных встречей мужчин подняли вверх бокалы и начали планомерно накидываться алкоголем под неспешную болтовню и жареное мясо.