Книга Коллекционер ошибок, страница 71 – Эмма Райц

Фенрир кивнул, выуживая из памяти карту столицы:

— За час должны добежать…

— Если вдруг нам придется разделиться, двигай булки строго в посольство.

— С чего бы? – Андрей вскинул бровь.

Сатир неопределенно пожал плечами:

— Мало ли. Любой план плох тем, что может пойти по женскому органу. Так что страховочный сценарий должен быть простым, как инфузория.

Проверив оружие, они оба закинулись красными таблетками и, поглядывая на солнце, быстро двинулись на север, пока Дамаск окончательно не пробудился.

— А мы не слишком сильно выделяемся?

— А ты не отсвечивай своим напряженным хлебальничком, малышуль. Тогда и выделяться не будем.

Однако, заметив на очередном перекрестке полицейский патруль, Сатир резко свернул в ближайший переулок.

— Хлебальничком, говоришь? – хмыкнул Фенрир.

— Береженого боги берегут.

— А ты под старость лет тоже в язычники подался?

Сатир скривил лицо:

— Под какую еще старость? Мне всего сорок шесть. Я в расцвете сил.

— Заказывая двух проституток на ночь? – Андрей вдруг заметил, что перестал ощущать ноющую боль в теле.

— А ты попробуй, вдруг и тебе зайдет, – Константин тоже чувствовал себя бодрее, чем полчаса назад.

— Мне пока и одной вполне достаточно.

Снайпер удивленно споткнулся:

— Что я слышу? Андрейка переключился на платную любовь? Давно ли?!

— Отвали, – буркнул Фенрир.

— Не будь занудой. От дельной эскортницы часто толку больше, чем от постоянной подружки.

Несколько минут они шли молча, внимательно следя за обстановкой и минуя полицейские патрули, встречавшиеся им все чаще и чаще. Ближе к центру и району старого города застройка уплотнялась, вздымаясь ввысь современными многоэтажками, жилыми и офисными, а улицы становились шире и суетливее. В конце концов Андрей не выдержал и все-таки спросил:

— Почему ты так и не обзавелся семьей? Или хотя бы подружкой? Неужели все дело в сексе?

Сатир, сверившись с навигатором, неохотно ответил:

— А смысл?

— Смысл? Ну… Семья, потомство… Не знаю… У большинства наемников «Феникса» кто-то да есть.

— Ага. И эта «кто-то» каждый раз сходит с ума в надежде увидеть своего хахаля живым после очередного задания. Нахрен надо? Я никогда не понимал необходимости обязательно заставлять кого-то страдать.

— Почему сразу страдать?

— А то ты не помнишь, каково было, например, Лерке, пока Соколик отсутствовал в Москве. И потом… Когда его кроили и перекраивали в госпитале. Ну… Может, оно того и стоило. Но я бы не хотел быть постоянным поводом для слез и нервов женщины, которая мне не безразлична. Я считаю, что это гребаный садизм.

— Неожиданно… – Фенрир почувствовал укол совести в солнечном сплетении при упоминании о судьбе Перовских.

— Что именно?

Андрей кисло ухмыльнулся:

— Просто ты весь такой циничный циник до мозга костей… Не думал, что тебя может волновать эта сторона вопроса…

— Покопти с мое, дружок. Если не дурак, поймешь много чего в этой жизни.

— Погоди, но ведь ты же в «Фениксе» уже не носился по указке Минобороны? Вполне мог бы и без всякого садизма начать отношения…

— Пфф… Наивняк. У меня не было ни единой гарантии. Сегодня не ношусь, а завтра заставят. Дэн никогда ничего не обещал. Поспокойнее стало уже при Лерке. И все равно… У меня за спиной столько разнесенных вдребезги лбов и затылков, что вероятность повторить судьбу того же Волохова вполне ощутимая. Найдется однажды какой-нибудь отшибленный на голову мститель, который отправит меня к праотцам раньше времени.