Книга Разрушитель проклятий, страница 77 – Эмма Райц

Цокнув языком, Трюкач выпрямился:

— Я должен театрально принести им извинения?

— Этот пункт мы вычеркнули. Если честно, я поговорил и с вашим Ларионовым, и с Валерией… И, Саид, мне придется, тебя заменить, – Резник недовольно скривился. – Я ужасно не хочу этого делать. Я к тебе привык. Ты профи и, блин, ты фактически уже мой друг. Шустро соображаешь, принципиальный, надежный, неболтливый… Мужик, я в дикой печали, честно. Но не могу подставить отца, понимаешь?

— Понимаю… – Саид взлохматил волосы и отодвинул недопитый кофе.

— Ты можешь мне не верить, но я всю неделю рычал и отбрыкивался.

— Оно того не стоит.

— Слушай, я полностью на твоей стороне. И твои боссы со мной согласны. К тебе ноль претензий. Но нам придется расстаться. Сорян.

— Ясно.

— Насчет Лины я серьезно. Очень рад, что она… э… в надежных руках, – хмыкнул Резник.

— Спасибо, – Трюкач кивнул.

— Я вписал тебя в ВИП-лист. Бои, тусовки, вечеринки – ты у меня навсегда в долгожданных гостях. Если что-то нужно – звони без раздумий.

— Жаль, что все так обернулось.

— Забей. Пусть торжествуют. Карма штука гибкая. Щелкнет, когда надо. – Резник поднял чашку с остатками кофе и иронично улыбнулся.

— «Трагедия в семье исполняющего обязанности президента России. Матвей Григорьев, младший брат супруги Олега Ефимова, боевой подполковник спецназа ГРУ, Герой России…» – насмешливо зачитывал Черномор собственный некролог, – как будто перечисляют отдельных людей! – он тихо выматерился и продолжил: – «…поступил в реанимацию Главного военного госпиталя имени Бурденко три дня назад с подозрением на инсульт. К сожалению, оперативное медицинское вмешательство не дало результатов. Григорьев умер на сорок четвертом году жизни и будет похоронен со всеми воинскими почестями…» Бла-бла-бла.

— Зато тебя вернули в список, – хмыкнул Морок.

— Да пусть засунут его себе…

— Тебе не угодишь! – Лера в траурном черном платье и строгим гладким пучком на затылке рассматривала территорию того же кладбища, где совсем недавно хоронили Влада Поталина.

Бронированный минивэн «Феникса» ехал в веренице автомобилей других приглашенных под мелкую летнюю морось и неприятный холодный ветер.

— А мог бы сейчас в Сочи с азиаточкой откисать… – вздохнул Сатир.

— Кто ж знал, что я так внезапно помру? – Черномор гортанно расхохотался, с непривычки почесывая кожу щек, с которых накануне впервые за двадцать лет сбрил бороду. – Мне холодно!

Лера, глянув на его лицо и короткий «ежик» на голове вместо густых волос, хихикнула:

— Ты помолодел лет на десять! Так и ходи теперь.

— Ага. Ощущение, будто блядское обрезание сделали.

— Зато сможешь лицезреть свое погребение, – Макс подал голос с заднего места. – Волосы не зубы, отрастут.

— Давайте посерьезнее. Иначе нас раскроют, – Лера как раз закончила фразу, когда минивэн подъехал к центральной аллее перед огромным зданием холла для церемонии прощания.

Под видом одного из телохранителей Матвей в форменном черном костюме и массивных очках-авиаторах с функцией сканера выбрался первым. За ним последовали Андрей и Саид. Руководители «Феникса» с трудом натянули траурные лица на ухмыляющиеся физиономии и чинно прошествовали в просторное помещение, окутанное скорбными нотами органной мелодии.

В первом ряду находился оправившийся от отравления Ефимов с женой, высшие чины Минобороны и несколько генералов ГРУ. На возвышении темнел массивный лакированный гроб, в котором лежал мертвец, чрезвычайно похожий на Черномора.