Книга Воскрешая прах и пепел, страница 39 – Эмма Райц

Волохов подозрительно нахмурился, но промолчал.

— Марго много плавала… И тренируется каждый день. Может быть, поэтому? – предположила слегка шокированная Софи.

— Она всегда много плавает и много тренируется. Вся ее жизнь – фитнес. – Марина раздраженно запихнула весы под шезлонг.

— Но ела она наравне со всеми… – Софи, с одной стороны, была непонятна такая бурная реакция Марины, с другой, она тоже понимала, что такое резкое похудение обычно может быть связано только со стрессом или болезнью.

— Это тебе так кажется. Она все время оставляла полтарелки еды. Блин, Алумян!

— Ну я же не могу в нее насильно впихивать. Ест сколько считает нужным.

Но под взглядом Марины Тигран все же встал и пошел следом за женой.

* * *

Перед ужином Волохов поднялся на палубу покурить и случайно заметил Марго, стоявшую внизу на корме. Она завороженно смотрела на воду и почти не шевелилась.

Он спустился к ней и с полминуты внимательно разглядывал: ее тонкие ключицы действительно стали острее, а на изящных запястьях, даже несмотря на загар, просвечивали вены. Заметив его, Марго недовольно отвернулась.

— С тобой точно все в порядке?

— Со мной все прекрасно.

Он подошел к ней еще ближе и тихо спросил:

— Мы не предохранялись. Ты могла забере…

— Не неси чушь. – Марго состроила раздраженную гримасу, будто Даниил на полном серьезе утверждал, что Земля плоская, развернулась и быстро поднялась по ступеням в сторону столовой.

— Какую чушь?

Волохов резко повернулся на голос Софи, мысленно проклиная все и вся:

— Как по мне, Марго слишком много курит. Она везде постоянно с этой своей электронной сигаретой.

Софи с сомнением смотрела на мужа. Ей было удивительно, что он проявил внимание к Марго. Ведь обычно ему было все равно, что с кем происходило, если это не касалось его или кого-то из его клиентов.

— С чего такая озабоченность? Мне казалось, Марго тебе не сильно симпатична. Еще с той дурацкой вечеринки.

— Ну… При более плотном общении она оказалась вполне интересной личностью с широким кругозором.

— Поэтому ты так переживаешь за ее худобу?

— Я всего лишь предположил. – В голосе Волохова чувствовались нотки раздражения. – Пойдем ужинать.

* * *

— Что это? – Марго с недовольством смотрела в свою тарелку, наполненную пастой болоньезе.

— Откармливать тебя буду! – процедила Марина.

— Я что, в детском санатории? Или бык на убой?

Тигран вздохнул:

— Милая, просто поешь. Правда, минус три килограмма – это слишком.

— Вы меня достали уже!

Алумян устало провел ладонью по лицу. Марго отодвинула пасту и наложила в тарелку немного зеленого салата и морепродукты в теплом соусе.

— Ты вообще не понимаешь? – Марина не собиралась сдавать позиции.

Еле сдерживая бешенство, Марго с грохотом отодвинула стул, швырнула салфетку на тарелку и направилась к выходу.

— Вернись! Вернись, я сказала! – В голосе Марины слышалась непоколебимая властность, и Софи удивленно замерла, глядя то на нее, то на Марго.

Последняя все же вернулась к столу, но прямо стоя сделала большой глоток вина и процедила сквозь зубы:

— Да пошла ты. – И в полнейшей тишине вышла из столовой.

Голос Волохова заставил всех вздрогнуть:

— Ты это так и оставишь? – Он, прищурившись, смотрел на Тиграна.

— Еще я не лез в женские склоки. Сами как-нибудь разберутся.