Книга Автоматом и гранатой, страница 60 – Александр Карпов

— А если объединят танковые части и мотопехоту, пусть и в небольшом количестве, то ударят больнее. Разрежут наступающими клиньями, как ножом, и начнут добивать, окружая. Опять же из засад.

Начальник штаба полка опустил глаза на карту. Егор сделал то же самое. Он смотрел на исчерченную цветными карандашами поверхность и переписывал на клочок бумаги наименования населенных пунктов, старался по давно выработанной привычке запомнить каждый поворот дороги, изгиб реки, наличие моста, болота, рощи. За пару минут он почти полностью перенес карандашом все то, что увидел на участке командирской карты перед собой.

— Наиболее эффективно выявить такие подразделения врага сейчас может авиационная разведка, – продолжил офицер. – Но ты сам видишь, что погода начинает портиться. Скоро она кардинально изменится. Летать вообще никто не сможет. Поэтому в тыл врага предстоит отправиться тебе и твоим ребятам.

Егор замер. Какое бы он сейчас ни испытывал чувство, опираясь на свой опыт, предисловие приказа, что обычно звучит от командования как введение в курс дела, никогда не действовало на него так, как зачитывание самого приказа. Вот тогда уже никак нельзя отвернуться, повернуть назад, сдаться, показать слабость.

— Слушай, разведчик, боевой приказ! – строго произнес начальник штаба.

Щукин и офицеры оторвались от карты.

— Приказываю! – продолжил офицер, не сводя глаз с сержанта. – Скрытно следуя за подразделением саперов полка, выдвинуться к передовым порядкам противника на обозначенном участке. Продвинуться в глубь занятой врагом территории до двадцати километров и до десяти по фронту. Произвести разведку местности с целью выявления у врага танков и самоходных орудий. При обнаружении таковых нанести районы сосредоточения техники на карту. Срок действия группы не более трех суток.

Егор напрягся. Заныла раненая недавно нога. По телу пробежала дрожь. Подобных задач ему еще никогда не приходилось выполнять. Максимум, насколько он ходил за линию фронта, это всего пара километров, не больше. Больше предназначалось дивизионной, армейской или фронтовой разведке. Он служил только в полковой.

— Вопросы, товарищ сержант? – спросил офицер.

— Средства связи будут? – поинтересовался Егор, прекрасно понимая, что уточнения обычно делаются после зачитывания приказа.

— Сейчас исправных в наличии нет. Собранные данные наносятся только на карту, – прозвучал короткий и понятный ему ответ.

— Пойдете всем отделением, – продолжил начальник разведки полка, когда все остальные офицеры специально вышли из помещения, чтобы дать возможность обговорить все детали и сделать необходимые уточнения.

Для этого возле карты остались лейтенанты – командир саперного взвода и взвода управления.

— При себе – автоматы, гранаты, патроны, – глядя в глаза Щукину, продолжал говорить офицер. – Лишнего не брать. Сухпаек на три дня, не больше. Если обнаружите скопления танков и самоходок, а также мотопехоты на бронетранспортерах, особенно пушечных, сразу назад. Уточняете, и назад. При необходимости разделяй свою группу. Вас десять человек. Кто-то может и назад уйти, чтобы доставить сведения.

Егор молча слушал.

— Глубину действий разрешаю до этого места, – указал точку на карте начальник разведки. – По фронту не распыляйся. Держись одного направления. Иначе с пути собьешься. И задание провалишь, и сам плутать начнешь.