Книга Семнадцатилетний генерал, страница 70 – Александр Карпов

— Хорошо бы, если так, – произнес Алексей, пытаясь подавить в себе волнение в предчувствии предстоящей боевой работы.

Отец Хряка перед смертью все же сильно задел своими словами его самолюбие, унизил и раздавил парня в присутствии Гаврилы и Петра. Теперь это изрядно давило на парня, отчего он даже не мог смотреть в глаза другу, которому был благодарен за спасение жизни. Ведь Гад двигался прямо на него и готов был отобрать у него оружие.

— Кажись, сам Хряк идет вдоль рощи, – вывели его из раздумий слова Петра.

Волнение тут же снова охватило Алексея.

— Вижу его! – радостно ответил он товарищу, подавив в себе волнение.

Он плотно прижал к плечу тяжелый приклад пулемета. Прильнул глазом к прицелу, выставляя тот в нужном направлении. Положил указательный палец на спусковой крючок.

— Давай! – умоляюще шепнул ему на ухо Петр, будто мягко, по-дружески намекнул на необходимость срочного открытия огня по врагу.

Алексею еще никогда не доводилось стрелять из пулемета. Раньше он несколько раз стрелял из винтовки и охотничьего ружья. Но все это происходило как развлечение либо на школьных занятиях по военной подготовке. Сейчас сама судьба поставила перед ним задачу научиться непосредственно в деле непростому боевому ремеслу. И он был к этому готов.

— Давай! – тихо, почти про себя повторил он фразу товарища самому себе и нажал пальцем на спусковой крючок.

Пулемет звучно огрызнулся грохочущим снопом огня, от которого у парней сразу с непривычки заложило уши. Те, по кому они стреляли на краю ивовой рощи, тут же, ощутив на себе удар издалека, кинулись врассыпную, спасаясь от возможной гибели.

— Еще! Бей еще! – почти закричал на друга Петр, требуя от того продолжения боевой работы.

Алексей не услышал его. Грохот стрельбы лишил его на некоторое время слуха. Тем не менее он снова и снова стал давить на спусковой крючок пулемета. Секунда, и новая короткая очередь ударила по рыщущим среди ивовых деревьев в поисках спасения полицаям. За ней прогремела вторая, потом третья, четвертая, пятая. Плечо парня каждый раз ощутимо чувствовало отдачу оружия. Затвор безотказно работал в стальном вороненом пулемете. Горячие стреляные гильзы накапливались под ним на траве. Алексей провел стволом немного влево, поймал в прицел бегущего по роще полицая и снова нажал на спуск. Новая очередь ударила по врагу, выплескивая огонь перед раструбом раскаленного ствола. Так произошло несколько раз подряд. Наконец случилось то, что было вполне ожидаемо: диск пулемета опустел – в нем закончились патроны.

— Перезаряжаем! – вырвался у Алексея возглас.

Теперь он почувствовал, что больше не волнуется так сильно, как в самом начале, когда только с нетерпением ждал начала боевой работы. Сердце его молодого организма успокоилось. Дрожь в конечностях прошла. Дыхание выровнялось.

Еще не очень умело работая руками, парни совместными усилиями смогли перезарядить пулемет. Алексей уже намного увереннее вдавил его приклад в плечо и прижался влажной от пота щекой к пулемету. Прицел, как и прежде, был направлен в сторону рощи. Вот только никто в ней больше не суетился и не бегал в поисках спасения от дерева к дереву, от укрытия к укрытию. Драгоценное время было упущено.

— Продолжай стрелять! Бей прямо по роще, в заросли, в темноту! – кричал товарищу Петр. – Партизаны должны услышать выстрелы и начать действовать.