Книга Штрафное проклятие, страница 14 – Александр Карпов

— Расстреляют? – Виктору показалось, будто ему вонзили острый нож в грудь, когда он услышал слова комбата, адресованные особисту.

— Не мне решать, – ответил тот и скомандовал солдату: – Пошел!

Дальнейшее действие для молодого бойца происходило как в тумане. Он очень плохо соображал, почти ничего не слышал, смотрел только себе под ноги и подчинялся голосу того человека, что шел позади. И сразу, очутившись в коридорах траншей, заметил на себе взгляды солдат своего батальона, мимо которых его вели в неизвестном направлении, а они провожали его глазами, еще не зная ничего о том, что произошло.

— Куда это Витьку? – спросил один.

— Помалкивай пока, – оборвал его второй.

Как назло, заморосил ледяной дождь, капли которого стали колко бить по его лицу, которое он ничем не мог защитить, не смел прикрыть руками, потому как держал их за спиной. Шинель и шапка на голове, а затем и валенки на ногах моментально стали мокрыми, а потом начали покрываться тончайшей корочкой льда. Ему стало сначала очень жарко. Пот выступил по всему телу. Потом ему вдруг стало очень холодно. К моросящему ледяному дождю добавился ветер. Это произошло в тот момент, когда особист вывел его из петляющих траншей и повел по поляне к лесу, в котором располагались полковые штабы, службы, склады. В том числе и тот самый, который стал злополучным для красноармейца Волкова.

Вели его так больше часа. А потому Виктор довольно быстро понял, что путь его лежит не в резиденцию особого отдела родного полка, а намного дальше. Туда, где базировалось подразделение НКВД всей дивизии. И это значило, что вина его настолько тягостна, что заниматься делом о хищении нескольких банок тушенки будут на куда более высоком уровне. Усугубляется его положение подрывом боеспособности целого подразделения. Следовательно, наказание для него выглядит намного суровее, чем он себе мог представить. А зловещее «расстреляют» становится реальностью.

Путь конвоя из двух солдат особого отдела и полкового особиста завершился на окраине лесочка, где под обширными кронами высоких деревьев удачно прятались от любопытных глаз две бревенчатые деревенские избы. За ними виднелись еще постройки – большой каменный амбар, конюшня, низенькая баня и еще пара сараев, да навес под сено или дрова. Кругом ходили сурового вида рослые, широкоплечие солдаты с оружием. Пахло варевом от скрытой с глаз кухни. И слышался странный, похожий на протяжный вой звук, доносившийся со стороны не то амбара, не то конюшни, что стояла рядом.

— Стой! – прозвучала за спиной Виктора резкая и громко произнесенная команда.

Она в одно мгновение сковала его тело, парализовала волю. Кожа начала будто гореть от волнения и отчаяния. Хотелось выть и кричать, доказывать им всем, кто стоял сейчас вокруг, что само отчаяние, а не злой умысел направило его на путь хищения продуктов питания. Но всем вокруг него было наплевать на его мысли и чувства. Они монотонно делали свою суровую работу.

Чьи-то крепкие пальцы спороли с него петлицы, сорвали с шапки звездочку, обшарили карманы, изъяв из них все содержимое: крохотный складной перочинный нож, ложку, завернутые в платочек комсомольский билет и красноармейскую книжку. Забрали кисет с махоркой и самодельную зажигалку, изготовленную умелыми руками Виктора еще в цехах родного механического завода.