Книга Штрафное проклятие, страница 81 – Александр Карпов

— Сержант Волков! – представился Виктор офицеру, когда до него дошла очередь.

— Какого года рождения? Давно на фронте? – задал вопрос капитан, бегло осмотрев бойца с ног до головы.

— Двадцать четвертого. С марта сорок второго, – коротко ответил Виктор, уже привыкнув представляться каждому своему новому командиру по прибытии в очередную воинскую часть после лечения в госпитале или во время переформирований подразделений.

— За какой проступок направлен в штрафную роту? – прозвучал новый вопрос капитана, возле которого в этот момент оказались еще два офицера, видимо, его подчиненные.

— Принял на себя командование стрелковым полком! – отрапортовал Виктор, заранее подготовив такой ответ на случай возникновения соответствующего вопроса.

Он был к этому готов. Прекрасно понимал, что ждет его впереди, когда штрафная рота, в составе которой он оказался, начнет выполнять приказ такого рода, ради которого она и была создана. То, что он выжил в чудовищной бойне в первый раз, Виктор считал невероятным везением и сказочной солдатской удачей. Повториться такому было невозможно. Солдатская молва и многочисленные слухи о кровавых боях с участием штрафных рот и батальонов ходили по фронту, обрастая, как правило, всевозможными подробностями с самым скверным толкованием. Из всего этого ясным становилось только одно: штрафник – это почти смертник. Выжить в штрафных частях едва ли возможно. А потому Виктор не строил для себя никаких иллюзий, покорился своей судьбе ничего не в силах поменять.

— Чего? – нахмурился офицер, глядя на стоящего перед ним сержанта.

Находившиеся рядом офицеры тоже изумились ответу Виктора.

— Принял в бою на себя командование стрелковым полком, товарищ капитан! – повторил боец еще более спокойным тоном, с полным равнодушием в глазах и не глядя в лицо своего нового командира.

— Как это? – уставился на него капитан.

— Отдал приказ на отход на исходный рубеж! Сорвал атаку полка! – пояснил Виктор, снова сделав это с полным равнодушием к себе, своей судьбе и невзирая на реакцию стоящих рядом офицеров.

Услышав это, командир штрафной роты нахмурился еще сильнее, посчитав ответ сержанта дерзким.

— Товарищ капитан, это тот самый, который во второй раз в штрафниках. Про него нам говорили. Волков это! – пояснил один из тех офицеров, находившихся рядом с ним.

— А! Ну-ну! Волков. Добро пожаловать! Наслышан, наслышан. Первый раз за хищение армейского имущества, а сейчас за трусость в бою! – закивал командир штрафников.

Глаза Виктора гневно загорелись. Лицо в одно мгновение налилось кровью. Виски начали интенсивно пульсировать. Такого унижения он никак не ожидал. Услышанные слова задели его самолюбие. Трусостью он никогда не страдал. С самого рождения. Слава о его мальчишеском, а потом и юношеском бесстрашии, способности выйти на поединок с любым соперником, задолго до начала войны обошла Подольск. Он впился злобным взглядом в лицо своего нового командира.

— Бойцы моего отделения, товарищ капитан, – начал он говорить, скрипя зубами от внезапно навалившейся злобы, – ближе всех под плотным огнем врага подошли к его передовым укреплениям.

— Ладно, ладно тебе, сержант, – прервал его командир. – Подробностей того боя я не знаю. Но точно знаю, что строки отчетов и донесений далеко не всегда отражают то, что было на самом деле. Судя по всему, ты солдат боевой, опытный. По тебе это видно. Поэтому я назначаю тебя командиром первого отделения первого взвода.