Книга Страх и голод 4, страница 52 – Константин Федотов

* * *

— Круг! Эй, воин! Команды помирать еще не было! – в темноте раздался громкий голос над ухом, и в нос тут же ударил резкий, мерзкий запах нашатырного спирта.

— А?! – недоумевая, открыл я глаза и резко дернулся в сторону, но мгновено настигшая боль в спине, что пробежала от затылка до копчика, вернула меня в реальность, даже и не дав оформиться мысли о том свете у меня в голове.

— Живой, чертяга! – хохотнул Сапсан и выбросил ватку, пропитанную нашатырем, на пол.

— Сука! Как же больно. – прохрипел я, пытаясь встать на ноги, но ничего не вышло.

— Лежи, не дергайся, дай осмотрю. – строгим тоном сказал Сапсан, положив руку на мое плечо.

Лежа на животе, я вдруг понял, что лежу в какой-то грязи, все вокруг было сыро, словно воды налили. Но так как воде тут взяться было неоткуда, мысли появились другие, и нет, это явно не кровь, а что-то более жидкое. Неужели это все сделал я? Лежу тут в луже собственной мочи, как беспомощный котенок, стыдно-то как. Тем временем Сапсан стянул с меня разгрузку, затем отстегнул заднюю пластину бронежилета и задрал китель.

— Ну что, Круг, с днем рождения. – ухмыльнувшись, сказал Сержант и присел рядом с печкой.

— Что там? Жить буду? – уточнил я.

Будешь, будешь! Куда ты денешься? Считай, легко отделался, так, гематомы, даже ребра не сломал. – насмешливым тоном ответил Сапсан.

— Не понял? – возмутился я. – Я же почувствовал, как в меня очередь вошла! Как это вообще возможно?

— А вот как. – указал сержант на печку, за которой я скрывался.

— Так она же кирпичная! Неужто защитила? – удивился я.

— А ты сюда посмотри. – пояснил он мне.

Собравшись с силами и мыслями, я, все еще испытывая сильную боль, встал сначала на колени, а затем с помощью Сапсана поднялся на ноги и посмотрел на разрушенную кирпичную кладку.

— Вот видишь, это печной котел, он стоит внутри печки и, когда та топится, нагревает воду, та, в свою очередь, расширяется и гонит ее по контуру дома. В общем, очередь прямо в нее вошла, считай, кирпичная кладка, котел, а стенки тут толстые, потом еще одна кладка ну и броник. В общем, это все сильно замедлило пулю, и считай, что ты отделался легким испугом. А дальше ты все додумал сам, пули тебя ударили, стало больно, вода, что была в котле, полилась на тебя, мозг решил, что это кровь, можно сказать, что мысленно ты умер, но по факту потерял сознание. – проведя пальцем по переносице, делая вид, что поправляет очки, пояснил мне Сержант.

— Блин, простите, парни. – смутившись, сказал я, понимая, что мое ранение реально было надуманным.

— Ты чего, браток?! – возмутился Сапсан.

— Для первой реальной стычки ты держался более чем достойно. – прошипел Хобот, дотронувшись до белого бинта на своей левой руке и одернул здоровую руку в сторону. – А подобная байда могла произойти с любым. – указал он на печку. – Пойди тут в горячке боя разберись, что случилось. В таких ситуациях никакой опыт не поможет. Мозг в экстренных ситуациях берет управление на себя, и он решил тебя выключить, это даже хорошо. А то решил бы напоследок как какой-нибудь камикадзе закончить.

— Спасибо. – ответил я, и мы пошли на улицу.

Выйдя на солнечный свет, я окинул взглядом еще недавно целую деревушку, в которую мы вошли. Она была полна красивых домиков с резными ставнями и заборами, раскрашенными яркими красками. Ровные грунтовые дорожки, цветущие цветы, что наполняли воздух своим ароматом. А теперь это место бойни, иначе и не скажешь. Все разрушено, покрыто копотью, пара домов вообще горит, словно свечки, на дороге появились маленькие воронки от разорвавшихся боеприпасов, цветы помяты и все залито засыхающей бордовой кровью.