Онлайн книга «Мертвая тишина»
|
_____ Карп переминался с ноги на ногу, оглядывался, нервно проводил ладонью по щетине. Спонтанное решение пойти и предупредить этих людей таяло с каждой минутой — здравый смысл кричал, что он совершает глупость. Уже собрался уходить, мысленно ругая себя за опрометчивость, когда дверь дома вдруг распахнулась. На порог вышли пятеро мужчин — все как на подбор крепкие, настороженные, с цепкими взглядами. Впереди стоял тот, что выглядел вожаком: широкоплечий, с жёсткими складками у рта и прищуром человека, привыкшего мгновенно оценивать угрозу. — Кто ты и что тебе нужно? — спросил он резко, не делая ни шага вперёд, но и не отступая. Карп едва слышно выдохнул. Теперь пути назад точно нет. Он попытался придать лицу беспечное выражение, но губы дрогнули в кривой усмешке: — Я… доброжелатель! Хотел предупредить вас. За вами следят — банда Мясника. Вожак нахмурился, переглянулся с товарищами. Те мгновенно напряглись, руки непроизвольно потянулись к поясам, где угадывались очертания оружия. — Что за банда? Где находятся? Сколько их? — вопросы сыпались чётко, без пауз. Карп сглотнул. Говорить правду — опасно, врать — бессмысленно. Выбрал середину: — Банда… из разных людей. От вас примерно километров сорок‑пятьдесят, точнее не скажу. Их около тридцати. Есть ещё… рабы, но они... не воюют. Выражение лиц у мужчин изменилось. Вожак шагнул ближе, сокращая дистанцию. — А ты-то кто? И почему мы должны тебе верить? Карп вздохнул, провёл рукой по волосам. В голове метались мысли: «Свалить? Сказать что-то ещё?» Он выбрал второе: — Я ж уже сказал — доброжелатель. А насчёт веры… В трёх домах отсюда сидит наблюдатель. Сейчас он спит. Можете проверить. — И что хочет этот… Мясник? — голос вожака стал тише, но от этого звучал ещё опаснее. Карп криво усмехнулся: — Говорят, у вас много оружия. Ну, решать вам, пока! Он развернулся, сделал шаг прочь, но тут же замер — за спиной раздался голос: — Подожди, — окликнул его один из мужчин, тот, что стоял чуть позади вожака. Карп обернулся. — Мы тут недалеко девочку нашли… выпотрошенную. Это имеет отношение к Мяснику? Карп задумался, почесал затылок. Перед глазами всплыли слухи, обрывки разговоров, пьяные байки в «общей». Он не видел сам, но… — Возможно, — произнёс медленно. — Сам не видел, не могу утверждать, но слухи ходили, что он этим… балуется. Он махнул рукой и быстро пошёл прочь, стараясь не перейти на бег. Внутри всё дрожало — не от страха, а от странного облегчения. Сделал то, что хотел. Теперь пусть сами решают. За спиной слышались приглушённые голоса — мужчины о чём-то спорили, но Карп не разбирал слов. Он свернул за угол, прижался спиной к стене дома и закрыл глаза. Сердце колотилось как бешеное. «Ну что, герой? — мысленно усмехнулся он. — Доиграешься». Но в глубине души теплилось что-то новое — не страх, не злость, а странное чувство правильности. Впервые за долгое время он поступил так, как считал нужным, а не как приказывали. Глубоко вдохнув, Карп выпрямился и зашагал дальше, растворяясь в утренних тенях. ________ Незнакомец ушёл. Мужчины вернулись в дом. Максим растерянно оглядел всех, его пальцы непроизвольно постукивали по рукоятке ножа на поясе — привычка, выдававшая крайнее напряжение. — И что будем делать? — голос прозвучал тише, чем он, вероятно, хотел. Дмитрий посмотрел на него твёрдо, без тени сомнения: — Надо уходить. Сейчас. Неизвестно, сколько у нас времени, поэтому нельзя терять ни минуты. Так, Макс, собирай людей, грузитесь в трейлер. Минимум вещей, берите провизию. Всё, конечно, забрать не сможем, но берите на несколько дней. Серёга — ты со мной. Сейчас идём в тот дом, берём этого наблюдателя. — Зачем? — спросил Сергей, сдвинув брови. Его рука машинально опустилась на рукоять ножа за поясом. — Нам нужна информация. Подробная. Для этого и нужен, — отрезал Дмитрий. — Чем больше знаем — тем быстрее поймём, с чем и кем имеем дело. Максим по‑прежнему стоял, растерянно глядя на Дмитрия, будто не мог осмыслить сказанное. В глазах — смесь страха и растерянности. — Макс, очнись. Времени нет, — повысил голос Дмитрий, шагнув к нему вплотную. — Каждый миг на счету. Ты понял? Максим вздрогнул, моргнул, словно очнулся от транса. Кивнул: — Понял. Но… куда мы поедем? — неуверенно произнёс он. Дмитрий вздохнул, провёл ладонью по лицу, будто стирая усталость: — Поедете на север, не очень далеко. Укроетесь где‑нибудь в лесу. Будете ждать. Главное — держаться подальше от дорог и населённых пунктов. Попробуем обмануть их. Пусть думают, что мы свалили отсюда. Он сделал паузу, глядя Максиму прямо в глаза: — Вы будете ждать. А мы с Серёгой разберёмся с наблюдателем и поймём, насколько серьёзна угроза. Потом решим, что дальше. — Денис, — Дмитрий повернулся к молодому мужчине, — поедешь за ними на скорой, запомнишь местоположение, потом вернёшься к нам. Только когда будешь возвращаться, будь осторожен. Машину спрячь где-нибудь в лесу, сам затихарись, может, в каком-нибудь доме на окраине. Не думаю, что они будут обыскивать все дома, но всё равно будь начеку. Хорошо? Дмитрий помолчал и добавил: — Встретимся в нашем доме, когда они свалят. Если не свалят, то... по обстоятельствам. Денис кивнул коротко, без слов. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах читалась сосредоточенность — он уже мысленно просчитывал маршрут. — Тогда за дело. Быстро. Все рванули с места. Максим побежал предупредить остальных — его шаги гулко отдавались в коридоре, пока он мчался к общей комнате. В кухне мгновенно закипела работа: Светлана и Елена быстро собирали провизию — хлеб, консервы, сушёное мясо, пакеты с крупами. Руки двигались чётко, привычно, будто они проделывали это сотни раз. Карина и Ольга сновали между шкафами и ящиками, вытаскивая сменные вещи, спички, свечи. Аня, бледная, но собранная, складывала в рюкзак одеяла и тёплые свитера, потом ринулась в медпункт собрать лекарства. Её пальцы дрожали, но движения были точными. Николай Иванович молча, без лишних вопросов, вытаскивал из кладовой тяжёлые коробки с провизией — «на первое время», как он мысленно отметил. Ему помогали Виктор, Егор и Андрей с Никитой. В коридоре слышался топот ног, звон посуды, короткие команды. Кто‑то уронил кастрюлю — раздался грохот, но никто не обернулся. Время сжалось до предела. |