Книга Право на жизнь, страница 15 – Анна Денисова, Виктория Сталь

Картофель выкопали — его было мало, едва ли хватит на несколько недель, но даже эти клубни казались сокровищем. Аня помнила, как все собрались у сарая, куда сложили урожай, и долго смотрели на него, словно не веря, что смогли добыть хоть что-то. Кто-то засмеялся, кто-то ругался сквозь зубы — эмоции смешались, как в калейдоскопе.

Дом на ферме и правда оказался большим и уютным. Толстые брёвна стен хранили тепло, печь ещё помнила, как дарить его. Восемь комнат и огромная кухня. В комнатах пахло деревом, сушёными травами и чем-то неуловимо домашним — будто время здесь остановилось, не желая признавать, что мир снаружи превратился в руины.

Аня провела ладонью по перилам крыльца. Они были шершавыми, потрёпанными, но крепкими. Как и они сами. Как и их надежда.

Ферма находилась в пятидесяти километрах от города — и это, как не раз подчёркивал Дима, было несомненным плюсом. «Дальше от эпицентра хаоса, — говорил он. — Меньше мертвецов. Меньше живых людей… а значит, меньше проблем».

Последнее он произносил с особой интонацией — не злобой, а усталостью. В новом мире «живые люди» зачастую значили «опасность»: банды, мародёры, те, кто забыл, что такое сострадание.

Но люди тем не менее нужны. Без них не выжить. Одна ферма, даже самая крепкая, не сможет долго держаться в изоляции. Нужны руки — чтобы пахать, строить, охранять. Нужны знания — кто-то должен уметь лечить, чинить, планировать. Нужны просто голоса — чтобы не оглохнуть от тишины, не сойти с ума от одиночества.

Во время поисков провизии мужчины не только обыскивали заброшенные дома и склады — они внимательно смотрели по сторонам, прислушивались к каждому шороху, высматривали признаки жизни. Но пока — безрезультатно. За всё время, что они обосновались на ферме, успели сделать лишь три вылазки, и обе — на окраины города. Там, где ещё сохранились магазины, заброшенные гаражи, старые склады.

Сегодня — четвёртая. И на этот раз цель не только еда. В прошлый раз Дмитрий, Сергей и Никита приметили базу со стройматериалами — листы профнастила, штабеля досок, рулоны сетки-рабицы. Всё это могло стать основой для надёжного забора, который превратит ферму в настоящую крепость. «Откладывать больше нельзя», — твёрдо сказал Виктор за завтраком, постучав кулаком по столу. — «Зима близко. А с ней — и те, кто захочет отнять у нас то, что мы нажили».

Аня повела плечами, пытаясь согреться. Промозглый день окутал ферму серым туманом. Ветер пробирался под куртку, шевелил волосы, заставлял ёжиться. Она снова стояла на крыльце, глядя на дорогу, уходящую в лес. Вдали, за деревьями, уже скрылась машина с мужчинами.

И снова ожидание. Беспощадное, тягучее, неизвестное. Вернутся или нет? Все ли останутся живы? Каждый раз, когда они уезжают, в груди поселяется ледяной комок тревоги. Она знает: они умеют обращаться с оружием, знают опасные места, умеют прятаться. Но случайность — вот что страшнее всего. Неожиданная засада, сломанная машина, внезапный ливень, скрывающий следы мертвецов…

Она сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Боль отрезвляла.

«Они вернутся», — мысленно повторила она. — «Они должны вернуться».

Это и есть тягость нового мира — постоянное ожидание, вечный вопрос без ответа. Ты можешь строить планы, укреплять стены, запасать еду, но никогда не будешь уверен, что завтра наступит. Что ты его встретишь. Что те, кого ты любишь, тоже встретят.