Книга Право на жизнь, страница 88 – Анна Денисова, Виктория Сталь

Аня со злостью смотрела на Ольгу. Её губы были плотно сжаты, а в глазах пылала смесь обиды и гнева. Казалось, она хотела выкрикнуть что-то резкое, но слова застревали в горле, превращаясь в безмолвный упрёк.

Ольга же равнодушным взглядом обводила тела мертвецов. Её лицо было маской холодной отстранённости, будто всё происходящее уже не имело к ней отношения. Ломик в её руке слегка покачивался, на металле блестели бурые разводы. Она не оправдывалась, не объяснялась — просто стояла, словно статуя посреди этого хаоса.

Семён оглянулся на окна центра. Тени удлинялись, наползая на стены, словно предупреждая о скором наступлении темноты. Он глубоко вдохнул, будто оценивая время, и произнёс:

— Скоро совсем стемнеет, надо торопиться. Пошли на парковку искать рабочую машину, довезу вас до вашей фермы.

— Э-ээ… спасибо… Мы как-нибудь сами… доберёмся… — тихо, но уверенно сказала Аня, не отрывая взгляда от Ольги. Её голос дрожал, но в нём звучала твёрдость — она не хотела зависеть от незнакомца, не хотела показывать путь к дому, где жили близкие ей люди.

Семён насмешливо глянул на неё. Его глаза слегка прищурились, а на губах мелькнула горькая усмешка.

— Ну да! Вы и здесь хорошо сами справлялись! — он обвёл взглядом зал, где валялись тела мертвецов, осколки стекла и следы крови. — Не глупите, в темноте одним тут шарахаться опасно!

Елена с трудом поднялась. Ноги подкашивались, мышцы ныли от напряжения, а в голове пульсировала тупая боль. Она сделала шаг, потом ещё один, чувствуя, как пол уходит из-под ног. Её ещё пошатывало от пережитого ужаса, но она упрямо шла вперёд, будто только движение могло спасти её от погружения в пучину страха.

Не говоря ни слова, она направилась к выходу. Её спина была прямой, но плечи слегка подрагивали — то ли от холода, то ли от сдерживаемых рыданий.

Ольга подошла к Ане. Её шаги были тяжёлыми, но уверенными. Она остановилась в полуметре, посмотрела на неё холодным взглядом и тихо сказала:

— Пошли, заберём рюкзаки.

Та молча развернулась. Сил спорить уже не было — ни моральных, ни физических. Всё, что оставалось, — двигаться дальше, даже если каждый шаг давался с трудом.

Семён дождался их у выхода. Он стоял в проёме двери, силуэт его вырисовывался на фоне угасающего света. Когда они подошли, он коротко кивнул и произнёс:

— Держитесь рядом со мной.

Они вместе вышли из здания.

Воздух снаружи был прохладным, почти ледяным. Ветер трепал волосы, приносил запах сырости. Солнце почти скрылось за горизонтом, оставив лишь алую полоску на небе. Тени от многоэтажек удлинились, превращаясь в чёрные щупальца, тянущиеся по асфальту.

Семён направился к одному из внедорожников, его шаги звучали глухо на фоне общего безмолвия. За ним, одна за другой, шли Елена, Аня и Ольга — три тени, сливающиеся с наступающей тьмой.

Машину Семён запустил быстро — двигатель рявкнул, оживая, и тут же перешёл на ровный, приглушённый гул. В салоне запахло пластиком и машинным маслом. Ольга села вперёд, рядом с ним; её силуэт в тусклом свете приборной панели выглядел напряжённым, но спокойным. Елена и Аня устроились сзади — Елена прижалась к окну, будто пытаясь слиться с сумраком, а Аня устало откинулась на спинку сиденья, глядя вперёд.

Семён молча закинул рюкзаки, набитые лекарствами, в багажник. Хлопнул крышкой — звук эхом разнёсся по пустынной парковке. Затем сел за руль, включил передачу, и внедорожник плавно тронулся с места.