Книга Расписание моей судьбы, страница 7 – Этта Гут

Стало прохладно, и пришлось, как и всегда, остановиться на обочине, чтобы утеплиться: здесь, вне нагретых человеческой и магической активностью городских стен и мостовых, без укрытия вонючего, влажного, но теплого смога, было много холоднее. Уже давно усвоившая это Ноэль всегда держала в багажном отделении теплое пальто, толстые перчатки на меху и широкий шарф. Большинство магиков использовало собственный дар, чтобы согревать себя, но Ноэль делать это не хотела: зачем растрачиваться, если можно просто одеться?

Теперь стало много комфортнее, и появилась возможность думать не только об отваливающемся от встречного ветра носе и теряющих чувствительность пальцах, но и о предстоящем дне. Первым делом надо будет создать картину с китом, плывущим в небе над городом. Ноэль просто-таки видела то, как эта огромная, живая, совершенно неуместная, а потому неожиданная и впечатляющая махина будет неторопливо появляться из тумана, обтекая башню городской ратуши! Появляться, шокируя и вызывая невольный восторженный выдох у потенциального зрителя, а после вновь исчезать… Так что да — сначала это. Хотя бы в первом приближении, на уровне чернового наброска, который можно будет поместить в куб, чтобы доработать позднее. А вот после этого уж и уборкой можно заняться — покидать за дверь кладовой то, что загромождает студию совсем уж неприлично, но точно пригодится для кое-каких экспериментов, а полный хлам выкинуть …

Но планы эти рухнули: когда паромобиль Ноэль выбрался из-под низко нависающих над дорогой и густо заплетенных вечнозеленым плющом ветвей деревьев на широкую поляну, в центре которой и стояло здание мастерской, стало ясно, что гость уже здесь. И прибыл он на том самом дирижабле, что отшвартовался от причальной мачты на Центральном вокзале, когда Ноэль вышла из дверей дома.

Возле мастерской мачта тоже стояла — пришлось возвести после того, как Ноэль в ее творческом уединении пожелал навестить не кто-нибудь, а сам Канцлер, так что проблем с причаливанием не возникло. И все же мысль, что кто-то посторонний появился здесь раньше самой Ноэль, оказалась неприятной. И даже не потому, что так и не удалось убраться, а потому… Потому что! Слишком уж интимным, личным был процесс творчества! Неудивительно, что и место, где рождались произведения Ноэль, обрело для нее особое значение.

Впрочем, гость проявил тактичность и начал спускаться вниз только в тот момент, когда паромобиль хозяйки мастерской остановился, выдохнув вверх последний клуб пара. Ноэль это оценила: Аарон будто нарочно продемонстрировал, что, хоть и прибыл непозволительно рано, чужой территории даже подметкой ботинка не касался. Да и все-таки ступив на землю, первым делом посчитал нужным объясниться:

— Простите. Плохо спал сегодня. Нервничал перед встречей. Все думал: как она пройдет?

— Я планировала начать с уборки, — с улыбкой склоняя голову, сообщила Ноэль.

— Творческий беспорядок?

— Бедлам, который не воспримет как полный кошмар разве только откровенно ленивый и, главное, холостой мужчина.

— Я вполне подхожу под эту категорию, — рассмеялся Аарон. — Свои обязанности перед магическим сообществом выполнил, наследников наплодил, после чего недавно был отпущен… на волю, и теперь могу позволить себе что-то… для души.