Книга Измена. Я отыграюсь!, страница 90 – Этта Гут, Саша Стрельна

Стас начал было отвечать, но его перебил только сейчас отмерший Максим:

— Я не понял, — он провел рукой по лицу, мотнул головой, посмотрел на меня еще раз и опять протер глаза, будто не верил тому, что они видели. — Я не понял…

— Да все ты понял, — отмахнулся Стас. — А если не все, перечитай еще разок договор, который ты подмахнул, не глядя.

— Максинька… — пролепетала Зайка и половчее перехватила свой ридикюль. — Так это ты тот бывший муж, который таскался и воссоединяться хотел?.. А, Максинька?..

Но тот ей ничего не ответил, зато прямо на глазах стал бледнеть, а после даже как-то вроде бы синеть. Уже заранее чувствовал удары сумкой или чем потяжелее? Или вспомнил что-то из того самого договора, который составили зубастые юристы моего пока еще не мужа? Даже интересно, в какую позу Стас Максима загнул, чтобы отыметь позаковыристей…

Или нет? Или как раз не интересно совсем? Я прислушалась к себе и с удовлетворением признала: наплевать абсолютно, пусть себе играются. Для меня же сейчас куда важнее другое.

— Мне нужно сказать тебе кое-что.

Стас смотрел очень внимательно, а потом шагнул ближе, притянул к себе, зарылся носом в короткие волосы за ухом, замер, будто бы прислушиваясь, отстранился и вдруг сделался обольстительно коварен:

— Спорим, я угадаю, что?

— На что спорим? — прищурилась я, готовясь к долгому торгу по условиям.

Но Стас разочаровал и одновременно изумил, на этот раз ничего такого устраивать и не подумав:

— На право дать имя кое-кому тут, — он положил ладонь мне на живот и засмеялся, с удовольствием глядя мне в лицо, на котором наверняка отразилась вся полнота чувств.

— Но как, черт бы тебя подрал? Как, если я сама поняла все про себя вот только что, там, в туалете⁈

Стас выглядел счастливым и смотрел так, с таким чувством, что даже стало неловко.

— Просто я люблю тебя, Лен. То есть, это как раз совсем непросто, но…

— Я помню. Просто — неинтересно.

— Просто — неинтересно, — подтвердил Стас и обнял одной рукой меня, а другой притянул к нам наших беспокойных отпрысков, которые сейчас странным образом притихли и лишь глядели полными счастья глазенками.