Онлайн книга «Убийственно хорош»
|
— Да… — промямлила я, с трудом переваривая все то, что сказал добрейший старичок. — Ну что ж… Где нам его найти? — Идите в первую мастерскую. Сейчас там никого нет. Я пришлю Ивана к вам. — Спасибо. — Не за что, деточка. Как идут дела у Петра Леонидовича? — Все отлично. Завтра открывается его персональная выставка. Наташа как раз едет, чтобы попасть на вернисаж. — Прекрасно, прекрасно… Жаль, что такой талант оказался не нужным на Родине… Да… Как известно, нет пророка в своем отечестве… Старик продолжал еще что-то ворчать, а я, тихонько подталкивая перед собой Перфильева, выбралась из кабинета в коридор. — Больше всего мне не понравилось слово «юноша», — немного помолчав, авторитетно заявил Василий. А потом, поймав мой насмешливый взгляд, возмущенно всплеснул руками: — Ты же сама привезла меня сюда для того, чтобы я поделился своими впечатлениями… — Не сердись. Просто надо знать Чертопыльева. Для него «юноша» — любой, кому пока что не перевалило за семьдесят… — У меня во внутреннем кармане куртки противно затренькал мобильник. — Прости… Сама я была глубоко убеждена, что этот гад обладает своим собственным характером и норовом. Я вообще имела склонность наделять любую технику, с которой мне приходилось иметь дело, если не душой, то неким ее эрзацем. Так она становилась ближе, понятнее, и мне было проще бороться с ней. «Технический кретинизм», как это называла моя продвинутая дочь, был во мне стоек и неистребим. Так вот, я не раз убеждалась, что по тембру, настроению, что ли, с которым звонит мой смартфон, я почти со стопроцентной вероятностью могу определить, насколько неприятна та новость, которую мне хотят сообщить. На этот раз, судя по всему, это было что-то, хоть и не смертельное, но достаточно серьезное, чтобы поломать все мои планы. И ведь точно! Из аэропорта звонила Наташка. Накануне девочка заявила мне, что она уже достаточно взрослая, чтобы самостоятельно добраться до Шереметьева, и отказалась от моей помощи. Ее самолет должен был вылетать через два с небольшим часа, и только сейчас эта растяпа выяснила, что забыла дома билет и паспорт. На мой гневный рев она лишь высокомерно бросила: «Чья бы корова мычала!» и, сообщив, где будет ждать меня, отключилась. — Вась, все пропало! — Что, страна в опасности? — Не ерничай! Я немедленно должна уехать! — Надеюсь, что-то серьезное? Не имея ни настроения, ни времени вступать с ним в нашу обычную словесную дуэль, я в двух словах объяснила ему суть и уже кинулась бежать по коридору, когда он совсем не деликатно поймал меня за шиворот. — Эй! А что делать с Васькой и этим, как его?.. — Иван Иваныч Иванов, — терпеливо, как умственно отсталому, напомнила я. — Хоть Абрам Абрамыч Абрамович! Что мне с ним-то делать? — Господи! — я вцепилась обеими руками в свою и без того растрепанную шевелюру. — Васенька, голубчик, давай сделаем так. Ты встретишься с этим человеком, поговоришь и в первом приближении решишь, можно ли иметь с ним дело. Если да, то грузи Ваську и этого Иванова в автобус и тихим ходом вези домой. Я вернусь самое позднее через два часа. Тогда все и утрясем окончательно. — Слушай, а может, лучше будет мне поехать к Наташке, а тебе решать все здесь? — Нет, не лучше. Ты не знаешь, где эта растяпа могла оставить свои документы, будешь искать и опоздаешь к рейсу. Все, Вась. Выручай! |