Книга Вид на счастье, страница 40 – Этта Гут

А уж какой она подарила Витьку минет! Как она сосала и лизала, как заглатывала и едва оглаживала губами, как грела дыханием и, кажется, даже взглядом! Оргазм выкинул куда-то прямо в космос — так, будто Земля на самом деле остановилась, или, наоборот, разогналась слишком быстро, и Витёк улетел с нее, оказавшись в черном бархате бесконечности, утыканной звездами. Но потом потребовалось срочно вернуться. Хотя бы потому что там, на Земле, была Инга, которую отчаянно хотелось прижать к себе, убаюкать, заласкать. Да и не зря же в кошельке (если честно, уже давно, да все решимости не было!) поселились дорогие, супер-тонкие презервативы!

И мать его в бога и в душу! Как же сладко это было! Всё! Опять буквально всё! И стройное тело под руками — напряженное, подающееся навстречу до пошлых шлепков. И нетерпеливо вжавшиеся в поясницу пятки. И тихие, будто бы по-прежнему смущенные вздохи…

А несколько месяцев спустя на предновогодней встрече с Марком, Серым и Толиком, которую они традиционно организовывали в конце декабря тесным мужским коллективом и в уже знакомой им всем забегаловке, Витёк словил порцию особого кайфа, когда притянул к себе обслуживавшую их официантку и, крепко поцеловав ее, представил как свою будущую жену.

— Кажется, мне тоже сейчас понадобится выйти, Вить, — удивленно пробормотал Серый. — Чего молчал-то?

— Повода ждал, — рассмеялся Витёк и горделиво сообщил, прижавшись щекой к животу стоявшей рядом бесконечно смущенной Инги: — Двойня у нас тут завелась. Двойня, братцы!

Инга отталкивала его от себя и говорила, что стыдоба и вообще ей надо работать. Витёк не пускал, хохотал и кричал на весь битком набитый зал, что счастлив так, как думал, что никогда не будет. Народ, конечно, поздравлял и кричал «Горько!», но, пожалуй, впервые Витьку на каких-то левых чуваков, на мнение которых он еще совсем недавно зачем-то вечно оглядывался, было абсолютно наплевать. Мама не оценит? Отец опять будет чем-то недоволен? Господи! Да что с того?! Главное ж в другом! Главное, что у него есть друзья, есть маленький сын Марк, с которым Витёк старался видеться так часто, как только мог, и есть Инга, кажется, готовая пойти за ним — за обычным шоферюгой совсем не модельной внешности и ростом метр с кепкой! — куда бы он ее ни позвал. Хоть в горы, хоть на Северный Полюс, хоть прочь с Земли, если она в какой-то момент остановится, решив в очередной раз набедокурившего Витька с себя все-таки ссадить. Лишь бы вместе!

— Ох, Люба, Люба, звезда Ютюба. Миллион просмотров за янва-а-арь! — пропел Серега и скривился, глядя на себя в зеркало.

Все было в точности по определению ослика Иа: «Жалкое зрелище, душераздирающее зрелище, кошмар!» Именно. Лучше и не скажешь. Потому что Серега вчерась отличился… Уж так отличился, что лучше и не вспоминать. Но ведь не получалось!

Зарычав злобно и даже от переизбытка эмоций одной ногой задрыгав-затопав, Серега еще раз проинспектировал себя. Крастота-а-а! В проколотом неизвестно кем соске нагло поблескивала сережка колечком, а многочисленные засосы на плечах и шее выглядели так, будто тело чем-то заляпали. Жуть. Не какой-то там Апокалипсис, а кое-что пострашнее — полный и окончательный апокаЛЯПсис!

— Ляп! Ляп! Ляп! Ляп! — начал Серега, тыкая себя пальцем в засосы, и вдруг замер, потому что его взгляд сполз ниже.