Книга Очень быстро, страница 15 – Этта Гут

Лицо с обложки. Невероятное, необычное, притягательное…

Миха раз за разом повторял эти и многие другие эпитеты и по-прежнему не мог оторвать от незнакомки взгляда. Следил за тем, как она ест и смеется, переговариваясь с тем или иным человеком, как запускает длинные пальцы в короткую светлую, почти белую шевелюру, как курит и думает, щуря свои невероятные глаза.

Через пару часов удалось узнать, что девицу с позывным Нильс (действительно из-за «Гуся», слишком необычного для девушки, чтобы этот момент остался без внимания) зовут Ильза — так ее окликнул один из проходивших мимо. Потом стало ясно, что она еще и говорит с характерным прибалтийским акцентом (тянет гласные, с трудом произносит «ы» и смягчает многие согласные) и это тоже звучит так сексуально, что хоть стой, хоть падай, хоть беги от греха подальше, пока дел не натворил.

Бежать иль не бежать? Вот в чем, сука, вполне себе шекспировский по степени эмоционального напряжения вопрос…

Миха еще размышлял об этом непростом выборе, одновременно словно мятную конфету перекатывая на языке имя привлекшей его внимание девицы, когда та, неторопливо и опять-таки абсолютно по-модельному покачивая бедрами, пошла к своему мотоциклу и вытащила из кофра профессионального вида фотик. Журналистка, приехавшая на Трэфен в том числе и по работе? Не модель, а наоборот — фотограф, но все-таки в модельном бизнесе? Или просто любительница, решившая потратить на свое хобби достаточное количество денег?

Гадать можно было сколько угодно, но Миха в любом случае сделать это не успел, потому что Ильза от своего «Гуся» прямым ходом направилась к нему, остановилась рядом, улыбнулась, а после просто-таки убила, сказав:

— Можно я тебя пофотографирую? Уж больно лицо харáктерное, жесткое. И глаза хищные, волчьи. Красиво.

И Миха, и так-то в своих хотелках с трудом балансировавший на грани приличий, «поплыл» от этого комплимента окончательно. Аж в зобу дыханье сперло.

Получив разрешение, Ильза действительно некоторое время «щелкала» его, попросив специально не позировать и вообще заниматься своими делами. Миха в ответ только мысленно хмыкнул: главным делом в последние пару-тройку часов для него было как раз наблюдение за Ильзой. Казалось, что все вот-вот закончится, но она предложила прогуляться до Михиного байка и запечатлеться уже на его фоне. Миха и тут согласился, продолжая млеть от ее внезапного интереса к его скучной, по мнению Маринки, персоне.

— Ух ты! Агрегат! Только кофры всё портят, — облизывая взглядом Михин «турист», сказала Ильза и защелкала фотиком.

— На дальняк да еще и с перспективой ночевки дикарем без них никак, — откликнулся Миха, который тоже считал, что кофры жестоко коверкают стремительную линию его двухколесной «любимки».

Ильза кивнула, и они разговорились, зацепились, увлеклись…

Сбой случился только один раз: когда Миха все-таки спросил о тех двух утырках, которые остались сильно недовольны тем, что не успели за Ильзой на «платнике», застряв у терминалов из-за Михиной вредности. Миха спросил, кто они и по какой причине гнались за Ильзой, и она тут же помрачнела, замкнулась, начала отдаляться… И это испугало так, что больше Миха о произошедшем и не думал заикаться — еще не хватало упустить такую девушку из-за собственного глупого любопытства.