Книга Грандиозная игра, страница 29 – Дженнифер Линн Барнс

— Солнце село, – шумно, со свистом дыша, сообщила вбежавшая в фойе девушка, уперев ладони в колени.

Лира смерила ее взглядом.

— Ты, наверное, Джиджи?

Только ее ключ еще оставался на столе.

— В яблочко! – подтвердила та и распрямилась. – Такой вопросик, – еще не успев отдышаться, проговорила она: – Похож на росомаху, которую превратили в человека, брови вот такие. – Джиджи расставила два пальца и поднесла ко лбу так, что над носом образовалась буква V. – Выпендрежный жилет, чернющая душа. Не видела такого?

Упоминание о жилете помогло Лире мгновенно понять, о ком говорит собеседница.

— Нокс Лэндри? – уточнила она. «Выпендрежный жилет, чернющая душа» – надо отдать Джиджи должное: очень меткое описание. – Давненько его не видела, но, когда я пришла, его ключа уже не было.

Джиджи проследила за взглядом Лиры, посмотрела на подносы на столе. За пару секунд добралась до своего ключа. «У каждой истории есть начало…» – Джиджи разглядела мелкий текст быстрее, чем в свое время Лира. А прочитав надпись на обратной стороне, она подняла глаза, поразмыслила немного, а потом потянулась за карточкой со своим именем и перевернула ее.

На обратной стороне обнаружилось стихотворение. Лира последовала примеру Джиджи. На ее карточке содержались точно такие же инструкции:

На четвертом этаже огромного дома Лира увидела семь дверей, на каждой – вычурный бронзовый замок. На стене висели огромные часы с римскими цифрами. Только-только пробило пять.

Лира подошла к первой двери и попробовала открыть ее ключом. Он вошел в замок, но не повернулся. Она направилась к следующей комнате. Джиджи у нее за спиной тоже испытывала удачу. Вторая попытка Лиры не увенчалась успехом, а вот с третьей наконец удалось повернуть ключ. Дверь распахнулась.

Убранство комнаты потрясало своей простотой: из мебели только двуспальная кровать. На белоснежных простынях лежало бальное платье.

Лира мгновенно позабыла обо всём, кроме наряда, и шагнула к нему. Дверь у нее за спиной закрылась. Корсет платья темно-синий, почти черный, как полночный океан, юбка – пышная, сшитая из множества слоев тюля.

«Нарядись скорей в костюм, маску не забудь, чтоб чрез четверть часа уж на балу блеснуть», – вспомнилось Лире.

Она подняла платье и увидела под ним изящную, украшенную драгоценными камнями маску. Она могла закрыть только область вокруг глаз – такие еще часто носят на Марди Гра^[4] или на балах-маскарадах, подумала девушка. Не совладав с восторгом, она набросила платье на себя и осторожно провела рукой по блестящим камушкам, украшавшим маску. Ну, конечно, они не настоящие. Разумеется, это никакие не бриллианты, выложенные безупречными узорами, камушек к камушку.

Лира силой заставила себя отвлечься от маски и переключиться на платье. Стараясь не очароваться магией момента, она выполнила инструкцию: сбросила свою одежду и облачилась в платье.

«Просто платье, подумаешь, – сказала она себе, – но такое не каждый день увидишь».

Корсет идеально обрисовал все ее изгибы, подчеркнув прелести фигуры. Безупречно! У талии тюлевая юбка была такого же темно-синего цвета, как корсет, но ткань дюйм за дюймом светлела к низу, переходя сперва в ярко-голубой, а затем и в едва-едва голубоватый, как морская пена, а потом – в пастель. Нижняя часть юбки была белоснежной. Причем цвета не переходили друг в друга резко, они словно перетекали волнами. Лире казалось, будто она облачилась в водопад.