Книга Год багровых убийств, страница 111 – Карасуми

— Не переживай, я не собираюсь выяснять, кто этот Он.

Услышав это, Се Вэньчжэ внутренне расслабился. Он допил кофе, на мгновение задержав последний глоток на языке.

— Действительно горький…

— Верно, но теперь это уже не имеет значения.

— Прежние зерна были лучше, эти слишком горчат.

— В самом деле? Тогда я верну прежний сорт. – Юэсюэ выдавила улыбку. – Кстати, о тех ядах, что использовала Чэнь Линь Шуфэнь… У тебя же они тоже есть?

— Да. Когда я был у нее дома, нашел в ящике небольшой пакетик с остатками порошка. – Се Вэньчжэ решил, что, раз уж все карты раскрыты, нет смысла ходить вокруг да около. Он открыл ящик стола и достал зип-пакет с небольшим количеством белого порошка. – Это может пригодиться для анализа в будущем. Храни его как следует.

— Без проблем. – Юэсюэ взяла из его рук пустую кофейную чашку. – Еще кофе?

Се Вэньчжэ покачал головой. Его веки смежились, выражение лица стало болезненным. Он вдохнул – и внезапно рухнул на пол. Тело скрутило в судорогах. Юэсюэ отступила на несколько шагов, но не спешила уходить. Она наблюдала, как Се Вэньчжэ, подобно карпу, пораженному ядом, несколько раз дернулся в агонии, пока постепенно не затих. Только тогда Юэсюэ сделала испуганное лицо и закричала, взывая о помощи. Клочок бумаги она уже давно спрятала. Необходимость в нем отпала.

Когда Юэсюэ увидела, как кафедра в полном составе бросилась на помощь – кто-то нес кипяток, кто-то делал искусственное дыхание, другие бежали за молоком, а Цзинфан в панике звонила в скорую, – она вдруг почувствовала, словно находится в игре по перетягиванию каната. Все, включая Цзинфан, оказались по другую сторону, и лишь она одна обладала силой, чтобы удержать всю эту ситуацию под контролем.

…Когда тело Се Вэньчжэ выдвинули из холодильной камеры для прощания с родственниками, Юэсюэ в душе уже предвкушала, как после церемонии отправится в студию программы «Особый репортаж». Смерть профессора Университета Бэйчэн, случайно отравившегося вещественными доказательствами в день своего повышения, стала последней в серии убийств Чэнь Линь Шуфэнь. Ван Юэсюэ, будучи главным свидетелем и последним, кто видел Се Вэньчжэ живым, на этот раз получила специальное приглашение от продюсера. Ей предстояло воспроизвести ход событий. Она, конечно же, воспользуется возможностью, чтобы рассказать о причинах смерти Се Вэньчжэ, одновременно представив общественности новые грани личности Чэнь Линь Шуфэнь.

Когда девушка прибыла в студию, то с удивлением обнаружила, что Сюй-сан тоже готовится к съемкам.

— Сюй-сан! Вас тоже пригласили на съемку?

— Ну да. Они хотят, чтобы мы с тобой обсудили этот случай.

— Вот как? Я думала, достаточно будет беседы с ведущей…

Юэсюэ догадалась: это опять идея женщины-продюсера и женщины-ведущей. Они полагали, что приглашение авторитетного мужчины в качестве поддержки завоюет одобрение мужской аудитории, хотя на деле это лишь еще больше принизит положение женщин, превратив их в приложение к мужчинам.

— Я тоже удивлен, что они обратились в наше управление, – заметил Сюй-сан. – Вообще-то, мой визит в «Чжэньюань» тогда был не случайным. Мы исследовали финансовые потоки Се Вэньчжэ, подозревая его в незаконных денежных операциях с госслужащими.

— Значит, вы сомневаетесь, что его смерть наступила по естественным причинам? – Его вид заставил Юэсюэ слегка занервничать.

— Не то чтобы сомневаемся… Просто хотим понять, как такой осторожный человек мог случайно принять цианид калия.

— Понятно. Тогда обсудим это в эфире.

— Без проблем.

Программа началась с кадров архивных записей Се Вэньчжэ и рассказа о факультете психологии Университета Бэйчэн. Когда ведущая перевела тему на Чэнь Линь Шуфэнь, Юэсюэ наконец раскрепостилась. У нее никогда прежде не было возможности так открыто говорить об этом деле. Не обращая внимания на возможный последующий монтаж, она с жаром излагала свои академические выводы. Съемки прошли гладко. Попрощавшись с Сюй-саном, девушка не стала задерживаться и поспешила домой.

Вернувшись в их с Цзинфан маленькую квартирку, она собиралась поделиться с ней своим упехом, но обнаружила, что та уже собрала свои вещи – немного одежды, книги и чайный сервиз – и уложила их в чемодан и рюкзак.

Пустая квартира больше не отзывалась голосом Цзинфан. Она не оставила ни записки, ни сообщения – только разбитую кофейную чашку с узором из роз, нарочито выставленную в центре письменного стола Юэсюэ. Именно из этого сервиза Цзинфан брала чашки в кабинет, и Юэсюэ часто наливала в них кофе для Се Вэньчжэ.

Из той самой чашки он и выпил свой последний кофе.

Поначалу Юэсюэ не поняла смысла разбитой чашки. Но когда она взяла самый крупный осколок, то уловила едва заметный, но отчетливый запах – горьковато-едкий аромат яда.

Спасибо за выбор нашего издательства!

Поделитесь мнением о только что прочитанной книге.