Книга Пуля от Ван Гога, страница 146 – Алексей Макеев, Николай Леонов

Закончив оформление официальных документов, в том числе и постановление на эксгумацию тела, Гуров позвонил Горшкову и попросил эксперта приехать в главк. Ефимов был похоронен на Калитниковском кладбище, и сыщику самому заезжать за патологоанатомом был неудобно, поскольку пришлось бы делать большой крюк. Медик вновь поворчал по поводу того, что его заставляют делать лишние телодвижения, но Гуров лишь отмахнулся от этого брюзжания, которое, видимо, было неотъемлемой чертой характера эксперта. А затем сыщик взялся вновь просматривать материалы по обеим жертвам и только теперь обратил внимание на одну деталь в деле Слепневой – там отсутствовала информация о нескольких годах жизни (кем она была и чем в это время занималась), и Гуров выругался. Какой-то беспечный оперативник или сотрудник архива выкинул из ее биографии все данные за тот период, пока Екатерина жила под другой фамилией, под фамилией ее бывшего мужа – Ефимова! Гуров снял трубку и попросил аналитиков срочно найти эту информацию, а пока ждал результата, занялся изучением личного дела Николая Петровича Ефимова и почти сразу же наткнулся на интересный факт – больше двух лет, прямо перед тем как развестись со Слепневой, Ефимов работал исполнительным директором фирмы «Триумф».

Несколько секунд Гуров пытался вспомнить, где ему недавно попадалось название этой конторы, а потом схватил ту папку, в которой было несколько листов, предоставленных ему аналитическим отделом на Ряховского, и не ошибся. Именно в эту фирму, оказавшуюся финансовой пирамидой, Евгений вложил все имеющиеся средства плюс большой кредит, а потом разорился! А еще оказалось, что жена Ефимова – Екатерина Михайловна Слепнева, тогда еще Ефимова, – трудилась в «Триумфе» старшим экономистом.

— Интересно девки пляшут, – пробормотал себе под нос Гуров поговорку, которая словно намертво прилепилась к нему после вчерашнего дня, и откинулся на спинку кресла.

Крячко появился в кабинете раньше лейтенанта Беспалого, который проводил доследственную проверку по факту смерти Ефимова. Станислав, начиная работать над делом, становился чем-то неуловимо похож на гончую, которая идет по следу добычи. И, хотя внешне крепкий Крячко ничуть не походил на поджарого пса, что-то в его движениях, взгляде и поведении выдавало сходство именно с этой породой охотничьих собак. И Гуров, несмотря на долгие годы совместной работы, никогда не переставал удивляться этой схожести.

— Лева, думаю, у нашего смазливого Женечки Ряховского были и мотивы, и возможность для убийства Слепневой, – выпалил Станислав с порога.

— Под мотивом ты подразумеваешь связь между ними через «Триумф»? – вскинул бровь Гуров.

— Ага. Это ты уже знаешь, – чуть раздосадованно фыркнул Крячко. – Впрочем, если бы я тебя удивил, то и сам бы удивился. А вот про то, что у Евгения по факту нет алиби, тебе точно известно быть не может!

— Не разбегайся, прыгай! – потребовал сыщик.

Станислав не стал устраивать представление, как это он иногда любил делать в подобных случаях, а, усевшись в свое кресло, рассказал о том, что удалось узнать. Получив задание от друга, Крячко решил в первую очередь разузнать все о том, что делал Ряховский в ресторане в ожидании своей невесты, и узнал немало интересного, хотя и пришлось ради этой информации побегать за некоторыми сотрудниками заведения, которые работали в день смерти Слепневой и которых сегодня не оказалось на рабочем месте.