Книга Пуля от Ван Гога, страница 162 – Алексей Макеев, Николай Леонов

Данные на Арташеса Вардановича Гуров получил довольно быстро, однако материалы вызвали у него удивление, поскольку содержали только общие данные: ФИО, место жительства и работы, количество приводов в полицию и список уголовных дел, фигурантом которых он становился, с указанием статуса Арапетяна. Их оказалось только три. В одном бывший начальник службы охраны «Триумфа» проходил подозреваемым (об одном из них сыщик и вспоминал ранее), а в остальных – свидетелем. И никаких подробностей о самих уголовных делах и прочих следственных действиях в отношении Арапетяна в присланных Гурову материалах не было. Удивленный сыщик позвонил аналитикам.

— А почему в материалах на Арапетяна отсутствуют сведения о работе с ним полицейских? – озадаченно поинтересовался Гуров.

— Лев Иванович, вся эта информация была изъята сотрудниками ФСБ, – ответил сотрудник отдела. – Все, что у нас оставалось, мы вам передали.

Гуров задумался. Звонить в Контору ему не очень хотелось. Сыщику не очень-то нравились методы работы чекистов. Себя он безгрешным, естественно, не считал, но к тому, как выполняли свои задачи сотрудники ФСБ, относился с некоторой долей брезгливости и уже отказывал Конторе, когда ему предлагали перейти на службу в это ведомство. К тому же Гуров прекрасно понимал, что от него потребуют детальных объяснений того, зачем ему понадобились материалы на человека, попавшего в поле зрения чекистов да к тому же, если судить по изъятию документов, находящегося у них в разработке. И, чтобы избежать этого, был только один вариант – Максим Роговой. Но и тут сыщик прекрасно понимал, чего именно потребует в ответ молодой сотрудник Конторы, а к этому Гуров был пока не готов.

И не столько оттого, что потребовалось бы отступить от своих принципов и придержать документы, доказывающие невиновность человека. Конечно, этот факт сам по себе был неприятен сыщику, но еще больше его беспокоила собственная интуиция. Гуров был уверен, что Меньшикова гэбистам сейчас отдавать нельзя, хотя и не мог сам себе объяснить, откуда взялась эта уверенность.

И все же делать что-то было нужно! Конечно, Гуров мог бы пообщаться с Арапетяном и без полной информации о его прошлых проделках, поскольку сейчас было важнее выяснить, что делал бывший начальник службы безопасности финансовой пирамиды в последние две недели. Однако разговаривать с потенциальным подозреваемым без изучения досье на него – это все равно что стрелять по мишени с завязанными глазами. Попасть в «яблочко», конечно, можно, но для этого нужна удача. А Гуров, в отличие от Крячко, привык опираться исключительно на точный и строгий расчет. Именно поэтому сыщик тяжело вздохнул, а затем набрал на телефоне номер мобильного телефона Рогового.

— Приветствую, Лев Иванович! – радостно залопотал тот в трубку. – Вот уж не ожидал, что вы так быстро решите принять мое предложение. Если честно, зная ваш характер, уже продумывал свои дальнейшие шаги по вверенной мне операции без вашего участия.

— Вот и продумывай дальше! – фыркнул в ответ сыщик. – Если ты решил, что я тебе по поводу Меньшикова звоню, то ошибся. Мне нужна информация на Арапетяна, работавшего в «Триумфе», которую ваши коллеги из нашей конторы изъяли.

— Не изъяли, а затребовали для проведения анализа, – отреагировал чекист спокойно в ответ на реплику Гурова о его ошибке. – Они же все равно потом в главк вернутся.