Книга Невольный свидетель, страница 40 – Таня Грант

Я всегда была целеустремлённой и прилагала все силы, чтобы защитить мягкий комочек своего сердца — ту часть меня, которая потеряла так много в столь юном возрасте. Но когда отец женился на Сьюзен и она вошла в мою жизнь, что-то в ней было такое, от чего я наконец сбросила с себя доспехи. Она дала мне возможность быть собой; я могла делиться с ней тайнами и чувствовать себя в своей тарелке. До того дня она была для меня островком безопасности и стабильности, и я не понимала, насколько она мне нужна, пока после её инсульта не исчезло всё, что я любила в ней больше всего. Когда она заболела, я снова облачилась в свою броню.

— Ты в порядке, Кейт? — спрашивает Люси.

— Сначала давай уберём со стола.

Она таких слов совершенно не ожидала, и когда моргает на меня, как будто я сказала что-то странное, это потому, что так оно и есть.

Ну и пусть.

Подавив фырканье разочарования, я начинаю собирать тарелки со стола. Их можно мыть только вручную, что, чёрт возьми, понятно. Я кладу тарелки в раковину. Кто-нибудь помоет их позже.

— Нужна помощь? — спрашивает Нэш, но я машу всем рукой, делая вид, что убираю стаканы с водой, так что у меня есть секунда, чтобы задержаться.

Джефф хватает пакет с пустыми контейнерами из-под еды, чтобы отнести в мусорное ведро на улице, и все следуют за ним к двери.

Я стою спиной, когда Брент говорит:

— Встретимся здесь через несколько минут, — а затем я слышу, как открывается и закрывается дверь Логова.

Одна.

Делая глубокий вдох, я прислоняюсь бедром к кухонной стойке и закрываю глаза.

— С тобой правда всё в порядке? — слова Сид ударяют мне в затылок, и я подпрыгиваю.

Я оборачиваюсь и вижу её позади себя. Её огромные глаза прикованы к моему лицу, а на губах играет озабоченная гримаса.

Я медленно киваю. Отчасти мне хочется сказать ей что-нибудь язвительное, но я понимаю, что нет смысла портить выходные, злясь друг на друга. Во всяком случае, она точно расстроится из-за Джеффа, как только правда выйдет наружу, и это намного лучше, чем ссориться с Сид.

— Если ты спрашиваешь, решила ли я простить тебя, то да.

Губы Сид растягиваются в улыбке, и не успеваю я сказать что-нибудь ещё, она снова обнимает меня.

— Ты лучшая, — говорит она, но я в этом не уверена.

Раньше всё было лучше, пока Сид не начала превращать наши тусовки в бизнес-возможности и привлекать к ним всеобщее внимание. Раньше наше время было только наше — никаких скрытых планов, никаких сомнений, почему она хочет меня видеть. Я скучаю по тому, насколько простыми были наши отношения раньше.

Мы с Сид встретились, как и следовало ожидать, на мероприятии для инфлюэнсеров — ивенте на крыше в Лос-Анджелесе, где я жила после того, как бросила Калифорнийский университет. Мои оценки начали падать после того, как всё произошло, и я уже решила сделать себе имя в Интернете. Хотя у меня не было причин продолжать там жить, Лос-Анджелес был полон возможностей и связей.

Мероприятие проводилось для бренда пляжной моды, и я потратила несколько месяцев, чтобы получить приглашение, регулярно публикуя фотографии в их одежде, так что у них не было выбора, кроме как пригласить меня. Я, конечно, знала, что там будет Сидни — специально навела справки, и в любом случае это было уже половиной успеха. Но одно дело знать, что она там будет, и совсем другое — когда она вложила свою прохладную руку в мою и одарила меня такой улыбкой, которую я почувствовала всем своим существом.