Книга Сад твоей лжи, страница 89 – Лиз Ньюджент

Я подождал на кухне, пока не пришла миссис Гаф и не сказала, что Бриджет нехорошо себя чувствует и на какое-то время останется дома. Она извинилась, что в этот раз не сможет проводить меня до станции, потому что ей надо сходить еще в пару мест. Она пожала мне руку, но не взглянула на меня, когда я поблагодарил ее за гостеприимство. Морин помахала мне с верхней ступеньки лестницы. Рукопожатие мистера Гафа было вялое, но он пробормотал: «Ну, спокойной ночи и удачи», – видимо почувствовав облегчение, что его роль в этой драме окончена.

Джози догнала меня на улице.

— Ты все равно недостаточно хорош для нее! – крикнула она, разразилась слезами, а потом убежала обратно в дом.

Я бросил письмо в ящик рядом с остановкой и сел на автобус, радуясь, что муки подошли к концу.

Когда я вечером вернулся домой, на подъездной дорожке стояла незнакомая машина. Я вошел внутрь и увидел в холле маму с каким-то мужчиной.

— Здравствуй, ты, должно быть, Лоуренс. – Высокий, за пятьдесят, в дорогом, но неформальном костюме в морском стиле, он излучал светскость и уверенность.

Мама представила его:

— Лоуренс, познакомься с Малкольмом. – Она казалась расстроенной.

Что-то в нем показалось мне смутно знакомым, но вспомнить я не смог. Я вел себя вежливо и любезно, но было странно стоять посреди холла. Он ушел после краткой беседы о погоде и англо-ирландском договоре.

— Как прошли выходные?

— А у тебя?

— Прекрасно, замечательно, мы с Малкольмом ходили обедать.

— В городе?

— Да. Знаешь, там без тебя было очень одиноко.

— И откуда ты знаешь Малкольма?

— Он… он друг. Я познакомилась с ним… в Святом Иоанне.

— Что?

— Он психиатр. Но он был здесь в качестве частного лица, как друг.

Вот почему он показался мне знакомым. Я видел его два или три раза, когда мама лежала в психиатрической больнице. Я успокоился. Мама улыбнулась мне одной из своих лучших фальшивых улыбок. Очевидно, ей было неприятно его обсуждать, так что она быстро сменила тему.

— Ты отправил письмо?

— Да.

— Тебя кто-нибудь видел?

— Нет, все было нормально.

Я пошел на кухню поставить чайник и заметил, что жалюзи на окнах больше нет.

— Мы не можем вечно жить во тьме, дорогой. Надо двигаться дальше, – сказала мама и встала у меня за спиной. Она ласково взъерошила мне волосы, как делала в детстве. – На ужин приедет твоя бабушка. Тебе нужно подняться к себе и освежиться, дорогой. От тебя до сих пор пахнет торфяной печью. Какой примитив!

Около шести часов зазвонил телефон. Это была Бриджет.

— Я все еще в Атлоне. Мне слишком стыдно смотреть на тебя.

— Бриджет, мне так жаль. Я даже не предполагал, что ты ждешь…

— Пожалуйста, не произноси это вслух. Мне и так достаточно плохо.

— Но мы так молоды, женитьба мне даже в голову не приходила…

— Почему ты захотел познакомиться с моими родителями? Ты должен был понимать, что́ это для меня значит.

— Я не…

— Что?

— Я не люблю тебя.

Я представил, как ее больной глаз закатывается.

— В каком смысле? – спросила она визгливым голосом.

— Извини.

— Что? Ты со мной расстаешься? Я понимаю, между нами в последнее время все было немного натянуто, ты слишком увлекся помощью Карен…

— Дело не в этом.

— Просто мне кажется, что ты, ну, знаешь, слишком эмоционально вовлекся. Но я могу сказать ей, что тебе нужен перерыв! Ты не обязан… Нам совсем не обязательно сейчас жениться, но я не вижу причин…