Книга Странная Салли Даймонд, страница 16 – Лиз Ньюджент

Мадука и девочка сидели вместе на диване, пока я собирала осколки и разводила огонь. Они перешептывались, когда я отрезала кусок картона и вставляла его в оконную раму.

Потом я дала им шоколадных печений. Они взяли по одному, понюхали, Мадука лизнул свое, кивнул девочке, и они оба съели печенья с такой скоростью, что на колени посыпались крошки. Мы посидели в тишине.

Внезапно Мадука откашлялся и спросил:

— Вы это сделали?

Я избегала его взгляда.

— Сделала что? – Обычно у меня плохо получается угадывать, но тут сразу возникла идея, что он собирается спросить.

— Убили собственного отца, а потом сожгли его? То есть вы сожгли его заживо?

— Нет. Я такого не делала. Он уже был мертв в то утро, когда я принесла ему чай, так что я вынесла его вместе с мусором. Мы обычно сжигаем большую часть нашего мусора в печи, так что я решила, что мне так и нужно поступить.

— Вы абсолютно уверены, что не убивали его?

— На сто процентов. Я проверила пульс. Ничего. Полицейские подтвердили, что я не убивала его. Я совершила ошибку, когда сожгла его тело. Я не знала, что нельзя этого делать. Если б я убила его, то сидела бы в тюрьме, разве нет?

— В школе говорят другое.

— В школах всё время врут. Когда я ходила в школу, все про меня врали. Это было ужасное место.

Дети переглянулись. Мадука прошептал:

— Фергюс говорит, от меня пахнет.

— Чем?

— Я не знаю… Наверное, от меня пахнет… плохо.

Я придвинулась к нему, но не слишком близко, и понюхала воздух.

— Видишь? Они врут. Ничем от тебя не пахнет. Зачем вы общаетесь с такими идиотами, как Фергюс? Это тот, с веснушками?

— Нет, высокий.

Девочка улыбнулась.

— Меня зовут Абеби.

— Ты не выглядишь как младенец^[9].

Она захихикала и показала, как это пишется. Я тоже улыбнулась ей.

— Тебе тоже говорят, что от тебя пахнет?

— Нет, но некоторые девчонки говорят, будто мне нужно чаще умываться, чтобы у меня лицо побелело.

— Глупые девчонки.

В этот момент их мама приехала за ними. Я услышала, а потом и увидела машину на подъездной дорожке. Я заявила, что они могут идти. Мальчик обратился ко мне:

— Я заставлю Шона и Фергюса заплатить за ваше окно. Я говорил им не бросать камни, но они не слушали.

— У них есть работа?

— Нет, нам только двенадцать.

— Тогда я сама заплачу за окна. У меня теперь много денег.

Он улыбнулся.

— Спасибо.

— Хотите прийти на похороны моего отца в четверг?

Абеби посмотрела на меня своими большими круглыми глазами.

— У нас школа.

— Я бы на вашем месте не утруждала себя походами в школу. Только время терять.

Их мать оставалась снаружи и укладывала велосипед мальчика в багажник. Она не приближалась к двери, но вытягивала шею, чтобы разглядеть меня. Но я стояла за дверью, и меня не было видно. Это была белая женщина. Я услышала, как она кричит детям:

— Быстрее! Выходите оттуда! Когда приедем домой, вы у меня увидите!

Я сыграла в мамину игру и попыталась представить, что эта женщина думает обо мне. Я решила, что она должна быть напугана. Наверное, многие люди боялись меня. Кроме, похоже, этих двух детей. Они мне понравились. Мадука и Абеби. Я забыла спросить Абеби, сколько ей лет. Мне хотелось узнать. Мне хотелось узнать, в каком доме они живут, какие передачи смотрят по телевизору и такой же ли у них хороший папа, как мой.