Книга Мэри Поппинс. Финальный акт, страница 70 – Марина Серова

— Я, честно, не знаю. У нас в семье вообще об этом не говорят. Точнее, об этом даже не принято говорить и спрашивать. Я в детстве однажды услышала обрывки какого-то разговора и подозреваю, что это как-то связано с несчастной любовью. Но она никогда не была замужем, представляете? А как еще может быть у актеров? Вечно какие-то романтические переживания. — Елизавета задумалась, как будто бы перенеся на себя эти чувства.

Даже несмотря на то что я сейчас узнала, в моей голове все равно проскочила мысль: «Эх, Паша, Паша! Попала девочка!»

— Ну, зато теперь все нормально! — Я изобразила радостную улыбку.

— Да, теперь она с удовольствием работает в нашей дружной команде!

— «Дружной команде»? — Я скептически ухмыльнулась.

— Ну да, смешно прозвучало, — расхохоталась девушка, — по сути-то дружная, если вынести за рамки Светлану. Но моя тетя с ней не особо и пересекается. «Здрасте» да «до свидания» на входе — вот и все. И такой случай, который произошел на ваших глазах — это вообще впервые за все время. Да мне кажется, такого вообще ни в одном театре не происходило. Мистика какая-то!

— О-о-о! Вот теперь вы точно племянница Лидии Павловны, она тоже очень любит про призраков рассуждать.

— Да, это она палку перегибает, но что делать, любит она все эти передачи дурацкие смотреть про расследования паранормальных явлений и всякую такую дичь. — Елизавета развела руками.

— А насчет мистики: случай действительно из ряда вон, я такое только в кино видела, но надеюсь, что мы с Дмитрием все-таки поймаем это ваше привидение с секатором.

— Спасибо вам, Татьяна, было бы просто замечательно. А то все равно как-то тревожно теперь в театре находиться. Кто знает, вдруг еще кто-то перейдет ему дорогу? — Она посмотрела на меня с надеждой, потом встала и предложила зайти в театр вместе.

— Ой, Елизавета, я пока с вами разговаривала, вспомнила, что мне нужно было еще в отделение к Дмитрию сначала заскочить, а разговор с Алексом подождет пока — это не срочно!

Девушка кивнула мне, мы попрощались, и я понеслась обратно в отель. Действительно, высказать Алексу все, что я о нем думаю, — не первостепенная задача. Первым делом мне надо узнать, кто же такая эта неудавшаяся актриса, которую мы с Димой с такой легкостью списали со счетов.

Я прибежала в отель и уселась шерстить интернет. Позвонил Дима, спросил, как у меня дела. Я не стала с ним долго разговаривать, боясь растерять те мысли, которые роились у меня в голове. Я не знала пока точно, что это, но почему-то была уверена, что суеверная вахтерша, возможно, выведет меня на правильный путь.

— Дима, я была у театра, встретила Елизавету, которая Джейн играет, и мы с ней довольно долго говорили. Я узнала, что, оказывается, полоумная Лидия Павловна — ее тетя. В молодости была актрисой, что-то не сложилось, и она перебивалась ужасными подработками, типа мытья посуды, пока не оказалась здесь. Я не знаю пока, что и как, но чувствую, что надо рыть в этом направлении, чем я сейчас и занимаюсь. Так что побежала, пока мысли не ушли, ладно?

— Ого! Вот это новости! Круто! Давай, беги-беги, не отвлекаю, но ты держи в курсе, если нароешь что-нибудь! Я тоже посмотрю. Как ее фамилия, сейчас в записях посмотрю… Ага… Симонова Лидия Павловна. Ей же шестьдесят три года, так?