Книга Мэри Поппинс. Финальный акт, страница 79 – Марина Серова

— Лидия Павловна, ну что же, вы, как мы все уже выяснили, любите поговорить, поболтать, так вот представьте, что наступил ваш звездный час и вы можете говорить столько, сколько хотите, а никто вас перебивать не будет, а будет внимательно слушать и ловить каждое ваше слово? Вы готовы? — Дима достал диктофон и положил его на столик.

— Готова, что уже тут теперь… — Лидия Павловна вздохнула и начала свой рассказ. — Я с детства мечтала стать актрисой. Уже в детском саду участвовала во всех постановках, слова учила на раз-два, мне давали самые большие и сложные роли. И получалось действительно хорошо. Это не только мои родители меня хвалили, как обычно родители хвалят своих чад, это отмечали и воспитатели в детском саду, и преподаватели в школе. Когда я была в средних классах, я участвовала не только в театральном кружке, но и играла в КВН, это, кстати, мне очень помогло не лезть за словом в карман, и я научилась хорошо импровизировать. Так что по поводу того, куда идти поступать после окончания школы, у меня сомнений не было.

Поступила в театральный, сама, с первого раза. Училась с отличием, если так можно сказать про творческую такую специальность. Сразу после выпуска на дипломном еще спектакле меня присмотрели в Театре драмы, куда я и пошла служить. Вы же знаете, да, что истинные актеры в театре служат! Это сейчас молодежь: «Я работаю в театре!», в лучшем случае «я играю в театре!». Вон, даже племянница моя в театре «работает». Ужас какой-то!

— Лидия Павловна, не отклоняйтесь, пожалуйста, от темы! — Дима прервал ее мягко, но решительно.

— Да-да, простите! Это у меня манера такая — перескакивать, ну вы, наверное, уже и сами заметили. Так вот, прослужила я там года три-четыре. Сыграла несколько главных ролей. Да чего уж, практически только главные и играла. Получила несколько предложений от других театров, но пока была верна своему первому. Все мне там нравилось: и режиссер, и труппа, и репертуар. А потом на одной из театральных вечеринок познакомилась с Алесандро Дженини. Он был молодой режиссер-звезда. Открытие! Находка! О нем все газеты писали, что у него блестящее будущее. Если вы уже все так хорошо изучили, то знаете, что у нас с ним разница в возрасте буквально пара лет.

Ну и все… Закрутилось! Если вы посмотрите на Алекса, то вы увидите Алесандро. Сын — копия отца. Алекс — красавчик, и вы вряд ли будете это отрицать. Ну, по крайней мере, вы, Танечка.

Я мрачно кивнула, чем вызвала недоуменный взгляд Димы, который сменился расстроенной прострацией.

— Да, Лидия Павловна. Я признаю, что он красавчик с общепринятой точки зрения. Пропорции лица, цвет глаз, волосы, зубы и все такое. Но когда ты узнаешь его поближе, то его красота очень сильно меркнет из-за его нехорошей сущности, вот что я скажу. — После этих слов Дима улыбнулся мне благодарной улыбкой.

— Вот видите, значит, вы меня понимаете. Ослепленная красотой Алесандро, я забыла все свои принципы, забыла о верности своему первому театру, который был мне тогда как родной дом, и перешла в труппу к Дженини, потому что он убедил меня, что вместе мы покорим Петербург, Москву, а затем и весь мир. Так и было поначалу. Он ставил блестящие спектакли, мне давал главные роли. Нам рукоплескали стоя и вызывали на бис по двадцать раз…