Книга О чем молчит диктофон, страница 98 – Марина Серова

— Я думала, у них был мотив убрать Скрынникова, – возразила я.

— Ну, тут, по крайней мере, есть логика, – согласился Векшин и вдруг ни с того ни с сего заявил: – А девчонку все-таки жаль.

— Которую? – уточнила я.

— Ох, Женька, и язва же ты! – усмехнулся Виктор. – Обеих! Кстати, как тетя Мила, чувствует себя нормально?

— Превосходно, – заверила я Векшина. – С утра пироги печет. Кстати, приходи к нам сегодня вечером на пироги, тетя Мила будет рада. И Дягилева с собой прихвати.

Векшин широко улыбнулся.

— Спасибо, с удовольствием приду, если ничего срочного под вечер не стрясется. С тетушкой твоей всегда рад пообщаться – милейший человек! Вот насчет Дягилева не уверен – переживает он сильно, в отпуск просится.

Я мысленно посочувствовала капитану Дягилеву. Он, конечно, выполнял свой долг и принял единственно верное решение, но все же…

— Вот сдадим отчет по этому делу, и отпущу его. Пусть придет в себя, отдохнет…

Мало-помалу все улеглось. Ястребов, как и обещал, сделал все необходимое, чтобы Вячеслава достойно похоронили, а заодно позаботился о том, чтобы в прессу просочилось минимум информации. Промелькнула лишь пара заметок о том, что пресс-секретарь (как обозначили тарасовские СМИ род занятий Вячеслава) известного тарасовского бизнесмена скоропостижно скончался от обострения хронического заболевания. Врачи подтвердили эту информацию, которая почти соответствовала действительности, и особого ажиотажа новость не вызвала.

А что же Виктория? Нет, как я и предполагала, чуда не произошло. Как только Ястребов прослушал запись ее диалога с ныне покойной Эльвирой, он принял окончательное и бесповоротное решение, и в тот же день Виктория покинула особняк без права когда-либо вновь переступить его порог. С той самой минуты, как только Ястребов изложил Виктории свои требования (о том, что дает ей три часа на сборы), он начал общаться со своей де-факто экс-супругой исключительно через своего адвоката. Причем никакие слезы и попытки «все объяснить» не возымели действия. Нет, он не выставил Вику без гроша в кармане, чего она в свое время опасалась. Не осталась Вика и без жилья. Ястребов сделал благотворительный жест и купил бывшей жене двухкомнатную квартиру во вполне приличном районе. А в придачу к квартире перевел на ее счет один миллион. Нет, не долларов, а российских рублей. Так что с голоду Виктория не умрет, по крайней мере на первых порах. Хотя поумерить свои аппетиты ей все же придется.

Сначала Вика возмутилась столь скромным размером, по ее мнению, отступных, однако адвокат Ястребова, мило побеседовав с дамой, убедил ее в обратном. Этот приятный во всех отношениях мужчина средних лет вежливо, а главное, очень доходчиво объяснил Вике, что если она будет брыкаться, то вообще ничего не получит. Все свои капиталы, а также движимое и недвижимое имущество Ястребов приобрел еще задолго до заключения брака, поэтому ни о каком разделе совместно нажитого не может быть и речи. К тому же у Виктории, не искушенной в ведении судебных тяжб, нет никаких шансов выиграть дело. Впрочем, если она хочет разориться на адвокатах и судебных издержках, то, конечно, пусть попытается.

Адвокат лучезарно улыбнулся и откланялся. Перепуганная Виктория предпочла подписать подготовленные юристом Ястребова бумаги и больше не пыталась досаждать бывшему мужу просьбами о примирении.