Книга Круиз в один конец, страница 78 – Марина Серова

— Хотя бы надо попытаться, – заверила я ее. – Пойдемте прямо сейчас туда вместе и все расскажем. Если мы продолжим тут сидеть и вести беседы, то это ему не поможет.

Я смогла убедить Анну, и мы вместе отправились поговорить с Веселовским. Тот открыл дверь не сразу, а когда все же удосужился это сделать, то был жутко зол.

— Что вам нужно? – рявкнул он на нас.

— Поговорить, – спокойно ответила я. – Вот эта девушка была с Сергеем в момент, когда произошла стрельба. Она готова подтвердить это где угодно.

— Алиби можно выдумать. Вы сейчас пытаетесь выгородить своего дружка.

— Это правда, – вмешалась Анна. – Мы были с ним.

— А вы, собственно, кто?

— Меня зовут Анна Леонидова.

— Позже с вами поговорим, а пока не мешайте мне работать. В какой вы каюте?

— Двенадцатой.

— Ждите, я приду.

Кажется, Веселовский был не очень доволен нашим приходом. Впрочем, как и Сергей, который всем своим видом дал понять, чтобы мы не лезли в это дело.

— И что же дальше? – спросила меня Анна, когда Веселовский захлопнул дверь перед нами.

— Дождитесь его, пусть он запишет ваши показания. А мне сейчас нужно заниматься своими делами. Вы уж меня извините.

По совету Андрея я собиралась поймать рыбку на крючок. И первый, кому я собиралась рассказать о своих планах, был Силантьев. Наша встреча должна была произойти невзначай и строго за пределами его капитанской рубки.

Я знала, что в определенное время он покидает свое рабочее место и выходит прогуляться.

Подкараулив этот момент, я якобы совершенно случайно прошла мимо. Ловушка сработала, и он заговорил первым.

— Смотрю, вы чересчур спокойны, Евгения, – сказал он.

— Что вы имеете в виду? – Я сделала вид, что ничего не понимаю.

— Вашего молодого человека подозревают, а вы разгуливаете себе спокойно.

— Это не значит, что мне все равно. На самом деле, я догадывалась, что он нечист на руку. И, возможно, знаю, где он устроил тайник. По крайней мере, догадываюсь.

— Тогда вам надо сообщить в полицию.

— Сначала я должна сама все проверить, чтобы не быть голословной.

— И как же вы планируете это сделать?

— Поищу тайник сама, а потом, конечно, сообщу все следствию. Сейчас нельзя никому доверять. Да и плыть осталось всего ничего. Надо успеть.

Силантьев напрягся и задумался. Он ничего не стал мне отвечать, а только развернулся и пошел в обратную сторону. Я не совсем поняла, что бы это могло значить. Но если не запрещено, то значит, разрешено. Одно дело было сделано – я известила капитана о своих намерениях.

Теперь надо было обдумать, чтобы об этом узнали остальные. Уверена, через каких-то пару часов о произошедшем будут знать все, ну, или большая часть пассажиров. И всем захочется подробностей. Поэтому у меня созрел план сообщить подробности самой главной сплетнице на теплоходе.

В этом мне помог Руслан, который за все время путешествия уже успел со многими перезнакомиться, намекнул мне, что больше всех все знает Тамара Ефимовна. Очень энергичная и общительная пенсионерка, которая уже успела всем рассказать про свою непутевую невестку, которая выгнала из дома ее безумно талантливого сына-художника. Женщина не смогла поддержать временный кризис жанра своего супруга и выставила его из квартиры вместе со всем имуществом. А имущество было не таким уж и большим. Шесть картин, которые никто не изъявил желание приобрести, кисти, краски и пара мольбертов. С тех пор он вынужден жить у матери и делить с ней небольшую однушку в центре Тарасова. Теперь ее квартира превратилась в художественную галерею. Выгнать сына она не может, так как, видите ли, жалко кровиночку. Поэтому, собрав все свои накопления, приобрела путевку в круиз, где решила отдохнуть и душой, и телом. Однако и здесь Тамара Ефимовна даром времени не теряла. Она была в первых рядах на всех вечеринках, активно участвовала в беседах. Поэтому, когда я спросила у Руслана, кому на теплоходе меньше всего можно доверить тайну, он, не задумываясь, назвал ее имя.