Книга Криминальный оракул, страница 31 – Марина Серова

— Он постоянно в таком плохом настроении? – шепотом осведомилась я у Людмилы.

— Нет, – ответила из другого конца номера, из туалета, Василиса Ефимовна, – только перед выступлениями.

Ах ты ж черт, я все забываю, что охраняю бабу-экстрасенса. К такому не сразу привыкаешь. Интересно, от нее возможно хоть что-то скрыть?

К месту выступления Василису доставила нанятая в местной фирме машина. Я было предложила довезти Комарову на своем железном коняге. Но тур-менеджер Людмила встала на дыбы: нет, нет и нет! Машина уже заказана, отменять она ничего не собирается, и транспорт очень хороший, представительный, к тому же со спецзащитой!

После этого она осведомилась, что у меня за автомобиль, и лишь снисходительно хмыкнула. «Фольксвагеном» ее было не впечатлить.

Казенная машина и впрямь оказалась представительная: мощная, черного цвета – ни дать ни взять мафиозная тачка.

Нанятый водитель гадалку вопросами не донимал, но то и дело поглядывал в зеркало с неприкрытым интересом. Пару раз открывал рот, явно хотел что-то спросить, но все сдерживался.

Толпа перед центральным Домом культуры собралась приличная; были и фотографы, и даже оператор: в Тарасове есть своя телестудия, для местечковых новостей.

— Ты позвони ей в четверг, – сообщила Василиса водителю, тронув его за плечо. Так, будто возобновила прерванный разговор. – После двенадцати дня. Она как раз будет в нужном настроении и выслушает.

Шофер вздрогнул и вытаращился на Василису Ефимовну так, будто привидение узрел.

— А… э… ага, – только и проговорил он.

— Время! – напомнила я.

Я была одна с Василисой и Русланом. Людмила заранее поехала в Дом культуры, чтобы проследить за подготовкой, и Павла с собой прихватила.

Это немного разозлило: выходило, что «духовного ученика» гадалки все равно сбросили на меня. Хороши, нечего сказать!

Едва машина остановилась, Руслан отстегнул ремень, распахнул дверь со стороны, противоположной собравшейся толпе. И шустрее белки выскочил наружу – я не успела заметить, куда он побежал.

— Эй!

— Не волнуйся за него, – знакомым потусторонним голосом сообщила Василиса. – Он придет. Просто не любит отсвечивать.

Ну и ну, ребенок шляется неприсмотренный, и всем плевать.

— Да и не нужно ему отсвечивать. – Гадалка взялась за ручку дверцы.

— Сначала я! – Я вышла первой.

Убедилась, что толпа стоит за заграждениями, и тогда только выпустила Василису.

Та даже не вышла, а выплыла наружу. Вместо экошубы на Василисе сейчас было простецкое драповое пальто, на голове – павловопосадский платок. Что называется, по-простому, но от души.

Едва Комарова ступила на мощенную плиткой дорожку к главному входу ДК, толпа стихла. Телеоператор замер со своей камерой.

Мне эта тишина не понравилась.

Я чуть подтолкнула Василису, только хотела сказать, мол, идемте…

Не сейчас, отчетливо прозвучал у меня в голове Василисин голос. Дай мне минуту.

Ах да, я ж имею дело со звездой шоу-бизнеса. Это тоже следовало учитывать. Имидж и все такое.

Придется искать баланс между имиджем и безопасностью.

Василиса Ефимовна обозревала толпу. Толпа хранила молчание, не иначе как ожидая какого-нибудь чудодействия.

Чудодействие началось с неожиданной стороны.

— Господь покарает тебя! Ведьма! – Монахиня, вся в черном, крупная, высокая, немолодая на вид, что-то швырнула в Василису Ефимовну.