Книга Смертельная карта, страница 76 – Марина Серова

— Вижу, вы и флешку мою нашли, – со вздохом произнес Веронский. – Вы из полиции? Или просто любитель детективов и кровавых историй?

— Не иронизируйте, – отрезала я. – Я имею отношение к полиции, если вам это так интересно. Итак, выбирайте: чистосердечное признание сейчас или будете давать показания в полицейском участке?

Я вытащила из сумки свое удостоверение частного охранника и показала его Веронскому. Врач внимательно посмотрел на него, потом спросил:

— Частный охранник – это телохранитель, что ли?

— Именно, – кивнула я. – Авдеева обратилась ко мне за помощью, но побеседовать лично нам не удалось – девушку убили. Я узнала некоторую информацию о своей клиентке, согласно которой вы являетесь преступником.

— Давайте поступим следующим образом, – каким-то усталым, измученным голосом проговорил Андрей Сергеевич. – Я вам отвечу сейчас на ваши вопросы, вы убедитесь, что ошиблись в своих подозрениях, и забудем эту историю. Мне не хочется портить свою репутацию из-за того, что вы вбили себе в голову, будто я – маньяк-убийца, связываться с полицией тоже не имею ни малейшего желания. Вас устраивает мое предложение?

— Пожалуй, – кивнула я. – Но сразу вас предупреждаю, что лгать мне бессмысленно. Где вы были в понедельник с одиннадцати до пятнадцати часов дня?

— На работе, – пожал плечами Веронский. – Это может подтвердить весь персонал. Со мной в кабинете находилась Шульгина Вероника Ивановна, дежурная медсестра – Людмила Викторовна Перовская, кстати, она сегодня дежурит. Если не верите – спросите у нее.

— Где вы берете доноров для переливания крови вашей жене? – продолжала я свои расспросы. Веронский внимательно посмотрел на меня, потом вздохнул:

— Итак, по поводу болезни моей жены. Да, Анна серьезно больна. У нее лейкоз, рецидив заболевания. Несколько месяцев назад она находилась в ремиссии, и я надеялся, что это благодаря переливанию крови. У Анны первая отрицательная группа, как и у меня. Я был ее донором – до тех пор, пока лечащий врач жены не запретил мне снова сдавать свою кровь. После этого донором была сестра Анны Лиза, на добровольной основе. Однако потом переливание перестало приносить результат, и пришлось от этого отказаться. Если хотите, я могу посмотреть, какая группа крови была у Юлии Авдеевой, в базе данных найду ее карточку из поликлиники.

— Посмотрите, – кивнула я. Веронский какое-то время производил операции на своем компьютере, потом проговорил:

— Подойдите сюда, на слово вы мне все равно не поверите. Вот, у Юлии вторая группа крови с положительным резус-фактором. Авдеева могла бы быть донором для пациентов со второй или четвертой положительными группами крови, если бы я вздумал использовать ее кровь для жены, то попросту убил бы Анну. Так что Юлия не могла бы быть донором для моей жены.

— Как вы тогда объясните тот факт, что Авдеева боялась вас как чумы? – не сдавалась я. Веронский пожал плечами.

— Я сам этого не понимаю. По какой-то неизвестной мне причине моя пациентка внезапно начала едва ли не шарахаться от меня. Я пытался узнать у нее, в чем дело, но она всеми способами избегала меня. Когда пациент не доверяет своему врачу, это сильно затрудняет процесс лечения. Поэтому я назначил Юлии сеансы с психологом в надежде, что это поможет понять мне, почему пациентка так себя ведет. Но Авдеева ничего не рассказывала Кристине Андреевне о своих страхах. Все сеансы Юлия не прошла – ее забрала родственница, сестра. Вообще-то мы имеем право выписывать пациентов, когда к ним приезжают ближайшие родственники – родители или супруги. Но у Юлии тяжелая ситуация в семье, отец-алкоголик, поэтому забирала ее Жанна Ивлиева.