Книга Сенсация на крови, страница 46 – Марина Серова

Я ждала, пока она определится с заказом, и рассматривала подаренный Глебом Сергеевым браслет. Никакой специальной аппаратуры не требовалось: уже на ощупь было понятно, что это обычная плетенка из ниток.

— Этот чудик всем новеньким их раздает. – Рубиновая кивнула на браслет, громко хлопнула папкой. – Мне так вообще каждый год дарит. Не удивлюсь, если сам делает. Выбрала? Отлично.

Госпожа продюсер нажала на кнопочку рядом с солонкой: официанта здесь подзывали специальным звонком. После того как гарсон записал заказ и удалился, она ответила на еще один вызов, потом выключила мобильник и отложила в сторону.

Северокорейский детектор прослушки и тут сопровождал ее, замаскированный небольшой изящной брошью из зеленоватых камней сорта «кошачий глаз». Огонек горел зеленый, оттого из-за броши был малозаметен.

— Наслаждайся, пока можешь. – Моя клиентка барским жестом обвела пространство кабинета. – Посидим, как белые люди, особенно если Леонид Георгиевич не потревожат-с. А с завтрашнего дня уже полетим впахивать, как черные рабы на плантации. Ну, или как студенты в сессию, с горящей задницей и с пеной у рта.

— И каков расклад? – поинтересовалась я.

— Я ознакомила Ярослава Демьяновича с концепцией программы. Мол, есть информация, да с доказательствами, что с этим бензпиреном не все так радужно, как расписывают. – Рубиновая насупилась. – Он спросил, есть ли у меня информатор, готовый дать интервью, подтвердить данные. Мол, затрагивается тема здравоохранения и репутация крупной фирмы. И мы будем обязаны назвать источники, чтобы все было прозрачно. И источники должны быть наикомпетентнейшие. Как в «Обо всем начистоту» обычно и принято. Чтобы не было обвинений в клевете… или чтобы минимизировать последствия.

Она примолкла, начала перекладывать столовые приборы перед собой, помяла салфетку.

— У нас две недели, чтобы подготовить сюжет и раскрутить нового информатора. Такого же знающего человека, что и Рыба. В идеале – еще одного «гефестовского».

По рукам Рубиновой, теребящим все эти вилки, вилочки, ложечки и ножи, было понятно: нервничает.

— Почему две? Это мало, – удивилась я.

— Это тот срок, в течение которого Чижик-пыжик даст мне свободно действовать. Я же как штык, – Рубиновая усмехнулась, – все делаю вовремя. А потом начнет подпирать другая работа. Мир не стоит на месте, новостей хватает, и не все мои обязанности могут выполнять другие. У нас все-таки не самая большая студия, много персонала не наберешь. Да и такая работа не всем по плечу. Тем более моя работа.

Я лишь молча кивнула, хотя римская поговорка: «Лучше быть первым в деревне, чем вторым в городе», – так и просилась с языка. У Лидии Ильиничны были не только обязанности – у нее была власть. И потому она сама бы никому не уступила свои обязанности. Она была не из тех, кто так просто делится властью.

Аперитив пока не принесли. Оттого я разбавила тишину вопросом:

— Почему вы думаете, что Афанасий может вас сдать? Похоже, что он на вашей стороне.

Я могла бы не спрашивать; у обслуживающего персонала два лица, и зачастую, чем лучше притворяешься, тем выше взбираешься по карьерной лестнице. С другой стороны, мне и впрямь было интересно.

— Помнишь, я рассказывала, как Ленька меня на ужин вытащил?

— Да, – припомнила я. – Хвастался, что его разработки интересны заграничным производителям.