Книга Сенсация на крови, страница 98 – Марина Серова

— Поверь, Евген, они у него в безопасности уже потому, что никто и не подумает, что такому, как Глеб, что-то можно доверить.

В «Метрополе», согласно условиям встречи, Станислав Родионович должен был ждать нас в одном из номеров – еще в оранжерее он заверил, что сможет снять номер на час, а сегодня днем, еще до завтрака, прислал эсэмэс с более точной информацией о встрече.

Вышколенный персонал отеля и бровью не повел на мой неформальный вид. Донельзя предупредительный молодой человек за стойкой регистрации любезно оповестил, что номер такой-то уже прибыл, около десяти минут назад, и выдал Лидии Ильиничне ключ. Та забрала его слегка подрагивающей рукой.

Волнуется. Или это предвкушение?

— Вы в порядке? – уточнила я.

Рубиновая только кивнула.

Нужный нам номер располагался в самом конце коридора. Лидия Ильинична в порыве нетерпения неслась вперед так, что менее тренированный человек, чем я, мог бы и не поспеть.

…И затормозила у номера так резко, что я чуть не врезалась в нее.

— Смотри, – тихо произнесла она.

Дверь в номер была приоткрыта.

Я выудила из одного из карманов своего комбинезона плотные латексные перчатки и осторожно толкнула дверь.

В просторном светлом номере ярко горел свет. Сначала я увидела валяющийся на ковре опрокинутый стакан с крохотной лужицей: остатки напитка впитались в ковер. Металлический столик на колесиках рядом с кроватью только отъехал в сторону, но стоявший на нем стеклянный кувшинчик опрокинулся, содержимое растеклось.

А затем я увидела и Станислава Родионовича Брагина. Он лежал, свесив ноги, на просторной кровати. Лицо его уже побледнело, он хрипел, его руки и ноги подергивались.

— *****! ****** * ***! *****, *****, *****! – Лидия Ильинична тоже в полной мере оценила развернувшуюся картину.

Позади нас раздался тихий вскрик.

Я молниеносно обернулась – но это была всего лишь барышня из службы обслуживания номеров. Она таращилась на всю эту картину расширенными от ужаса глазами.

Я схватила барышню за плечи и как следует встряхнула.

— «Скорая помощь»! – медленно и внятно проговорила я. – Вызывай «Скорую помощь», быстро!

Девушка, к счастью, пришла в себя и прямо с моего мобильника вызвала врачей. При ней же я за локоть оттащила онемевшую от таких подлостей судьбы Лидию Ильиничну; и мы с госпожой продюсером при свидетельнице отошли немного в сторону. Если дело дойдет до расспросов, барышня подтвердит, что мы ничего не сделали Брагину и ничего не трогали: она пришла практически сразу после нас.

Горничная – или кто она там все-таки была по должности? – оповестила о произошедшем и вышестоящее лицо в гостиничной службе, которое попыталось уговорить нас подождать внизу. Но Лидия Ильинична отказалась столь категорично, что нас обеих просто оставили в покое и занялись успокаиванием других постояльцев, с любопытством выглядывавших из дверей своих номеров.

Бригада «Скорой помощи» прибыла на редкость быстро. У Брагина определили анафилактический шок, ввели ему дозу адреналина и увезли. Все еще перепуганная барышня из обслуги сообщила нам, что принесла клиенту им же заказанный апельсиновый сок, и что Брагин сам ей сказал, когда можно будет забрать посуду. Она и пришла, когда он попросил…

Увозили Станислава Родионовича прямо на глазах у моей клиентки. Это выглядело издевкой: ценного информатора уводили прямо из-под носа Рубиновой, и все из-за банальной аллергической реакции. Хотя бы сообщили адрес больницы, и на том спасибо. Я опасалась представить себе ее чувства в такой момент. А по лицу моей клиентки было невозможно что-либо понять, оно окаменело; госпожа продюсер сжала челюсти так, что губы побелели, и только без конца обшаривала глазами номер.