Книга Рога изобилия, страница 60 – Марина Серова

— Может, он на самолете прилетел? — спросил меня Андрей.

— Возможно, — согласилась я. Ну вот, мысли у нас направлены в одну сторону.

— На вокзале проводил кого надо, а сам на самолет. Раньше нас прилетел и теперь решает здесь свои дела, — сам себе не веря, искал объяснение Андрей. — Но на пожаре тогда что же он делал? Он ведь не входил в здание. Его бы заметили, а мне ребята говорили, что никто чужой на склад не заходил.

— Он мог подговорить кого-то из них.

— Давай пройдемся мимо него, — предложил мне Андрей, — я на него посмотрю. А вдруг окажется знакомым?

Мы встали и направились в ту сторону, где сидел подозрительный старичок. Но он, как оказалось, смылся в неизвестном направлении, пока мы препирались.

— Ну вот, — сказала я, — его уже нет. Ушел.

— Эх, а я его даже не видел, — махнул рукой с досады Григорьев.

— Ладно, едем в гостиницу, — печально проговорила я, и мы пошли к дороге.

Поймав такси, мы загрузились на заднее сиденье и назвали адрес. Как только машина тронулась с места, Григорьев по-хозяйски положил мне руку на плечо и притянул к себе. Я уставилась на него, пытаясь объяснить самой себе причину внезапно возникшего волнения.

— Я согласен просидеть в номере весь вечер, но только в том случае, если ты обещаешь мне хорошую культурную программу, — шепнул Григорьев мне на ухо изменившимся голосом. — По крайней мере я рассчитываю на танцы.

— Что-то я не пойму… Ты в каком качестве меня нанимал? Мы ведь сей вопрос уже обсуждали. Но на всякий случай напомню: я работаю немного не в той отрасли.

— Это мне известно. Но тут особый случай. Дело в том, что ты мне очень нравишься. Нет, не так, это я тебе уже говорил. А ведь я тоже тебе не безразличен? — Андрей заглянул мне в глаза. — Признайся, Женя.

— Мне многое нравится. Дождь, например.

— Мне нравится, что ты сравниваешь меня с дождем, который ты любишь, я это видел. Но все-таки признайся. Честно говоря, мне сейчас не до смеха. Со всех сторон сплошные обломы.

— И ты ждешь, что с моей стороны облома не будет? А если все-таки надежды не оправдаются? — спросила я.

— Я этого не переживу. А так как в твои обязанности входит беречь мою жизнь, просто не имеешь права говорить мне ничего плохого, — порадовал меня Андрей замысловатым объяснением. Потом он тяжело вздохнул. — Ладно, не хочешь — не отвечай. Оставим все как есть.

— Я не люблю пустых слов, — серьезно заговорила я, — слов и обещаний, которые потом не можешь исполнить. Бывают такие моменты, когда думаешь, что все, что ты сейчас говоришь — правда, а потом, со временем, понимаешь, что это не совсем так. Но уже вернуть ничего нельзя, правильно? Слово не воробей… И если ты впоследствии начинаешь рассуждать иначе, чем раньше, то окружающие не считают, что ты передумал, они уверены в том, что ты просто обманул. Поэтому я предпочитаю молчать.

— Какая ты сегодня, — еще крепче прижал меня к себе Андрей. — Не буду я тебя мучить, не бойся. И твое признание мне не так уж необходимо. Мне достаточно того, что я и сам знаю, вижу. Ведь тогда, у меня в доме, если бы не помешал звонок…

— Мы уже приехали, — отпихнула я Григорьева, — выходи давай.

Поднявшись в номер, Григорьев решил позвонить и заказать что-нибудь поесть, но в свете последних событий эта идея меня не воодушевила. Неизвестные преследователи Андрея вполне могут попытаться отравить его, лучше не рисковать без надобности. Тем более что у нас имелось чем подкрепиться: запасы Любови Ивановны, казалось, были неисчерпаемы.