Книга Разделяй и властвуй, страница 22 – Марина Серова

— Он чертовски упрям.

— Я знаю, — усмехнулся Устинов. — Но я не хочу, чтобы он погиб.

— Почему? — я действительно не могла понять, с чего вдруг такая опека по отношению к Бекешину со стороны именитого вора.

— Я же сказал, все подробности при встрече, — напомнил мне Граф.

— А когда мы встретимся?

— Скоро. Я тут должен завершить одно важное дельце, после чего приеду в Тарасов. Женечка, я тебя умоляю…

— Ладно, ладно, — поморщилась я. — Только не ной, Граф. Чем смогу, помогу.

— Я тебя люблю, Женя, — он чмокнул в трубку, надеясь, что сей страстный поцелуй достигнет моих уст.

— А я тебя нет.

Я отключила связь и перевела хмурый взгляд на Бекешина. Крокус уже закурил новую сигарету и с тем же невеселым настроем, что и у меня, пускал в окно клубы дыма.

— Бутылку водки ты не заработал, — известила его я. — Я все еще работаю на тебя в качестве телохранителя.

— Уже догадался, — процедил Андрей сквозь зубы. — У Графа шарики за ролики заехали, а ведь до старческого маразма еще вроде бы далековато.

— С чего он о тебе так печется, Крокус? — во мне не унималось женское любопытство. — Ты ему что, денег должен?

— А ты хочешь за меня расплатиться? — В стервозности характера Андрей не собирался уступать мне пальму первенства. Достойный оппонент для будущих пикировок.

— Я не банкир. Кстати, ты теперь должен мне деньги за телефонный разговор. Сейчас отдашь или как?

— Или как, — коротко ответил Бекешин.

— Понятно. — Я прицепила мобильник обратно на пояс и уверенно положила ладонь на ручку двери. — Пошли.

— Куда это?

— Насколько я поняла, тебе податься в этом городе некуда. — Я с удовольствием отметила, что хмурые тучи на полуденном небосклоне развеялись, и сквозь образовавшиеся просветы несмело пробились робкие солнечные лучики. — Так что инициатива за мной. В этом доме, — я кивнула на многоэтажное строение за окном, — у меня имеется одна конспиративная квартирка. Ферзю будет очень сложно отыскать нас здесь.

— Ему не придется нас искать, — огорошил меня очередным своим решением Крокус.

Я заметила, что выражение его лица несколько изменилось: в голубых глазах появился нездоровый блеск, губы сомкнулись в тонкую линию, а квадратный подбородок с наметившейся бородкой вскинулся вверх.

— Что ты хочешь этим сказать? — недоверчиво прищурилась я, интуитивно уже предполагая, какой последует ответ со стороны Андрея.

— Мы нанесем ответный удар, — заявил он тоном, не терпящим возражений.

Я сразу поняла, что имел в виду Граф, когда говорил о бесшабашности Крокуса и о его умении навлекать неприятности на свою пятую точку.

— Я не советую тебе этого делать, Крокус, — мягко, но с нажимом произнесла я.

— А мне плевать, — отмахнулся тот. — Ты мне не нянька. Если хочешь, можешь таскаться за мной повсюду, как тебя просил об этом Граф, а можешь отправляться на все четыре стороны.

Да, взаимоотношения с клиентом, так любезно подкинутым старым приятелем, мне предстоят замечательные.

Я помолчала минуты три, а затем медленно произнесла:

— Чего же ты хочешь, Крокус?

— Справедливости, — решительно заявил он. — Не люблю, когда меня задевают, Женя. Или охотятся, как на бешеную собаку. Этот твой Ферзь напал первым и должен ответить за свой беспредел.

— Во-первых, Ферзь вовсе не мой, — опротестовала я заявление Бекешина. — А во-вторых, он действует в соответствии с решением воровского сообщества столицы. Насколько я разбираюсь в подобных тонкостях, это не является беспределом в полном понимании этого слова.