Книга Разделяй и властвуй, страница 61 – Марина Серова

— Прости, — Крокус потупил взор, но я заметила, как в его глазах метнулись озорные бесенята.

— Садись в машину, — коротко приказала я.

Он привычно забрался на пассажирское сиденье «Форда». Я уселась рядом и положила руки на руль. Как я и говорила Крокусу пару минут назад, у меня не имелось ни одной стоящей мысли относительно того, где мы могли бы укрыться с Андреем. Весь город сейчас представлял для нас одну сплошную угрозу. Я тяжело вздохнула и завела мотор. «Форд» тронулся с места, практически тут же мы свернули на соседнюю улицу и помчались в сторону Набережной.

— Что сказал Граф? — неожиданно нарушил установившееся в салоне молчание Крокус.

— Когда?

— Когда ты звонила ему в последний раз.

— Откуда ты знаешь? — улыбнулась я.

Бекешин в ответ тоже улыбнулся:

— Просто догадался. Так что он сказал?

— Сказал, что приедет завтра в Тарасов, — я бросила взгляд на часы под приборной панелью. — Вернее, уже сегодня.

— Это хорошо, — покачал головой Андрей. — Слушай, извини за бестактный вопрос. А как ты познакомилась с ним? С Графом, я имею в виду.

— Почему же этот вопрос бестактный? — удивилась я.

— Вообще-то бестактным был бы мой следующий вопрос. Я хотел узнать, в каких ты с ним отношениях?

— А почему тебя это волнует?

Крокус коротко провел рукой по своей стриженой макушке и откинулся на спинку кожаного сиденья.

— Может, я ревную, — вполне серьезно заявил он.

— Это напрасно, — тут же отреагировала я.

— Почему?

— Мы с тобой не женаты, Крокус. И никогда не будем.

Андрей хотел было ответить мне, но не успел. Совершенно неожиданно из темноты вынырнул гаишник и быстро взмахнул своим полосатым жезлом. В зеркальце заднего обзора я убедилась, что за нами никто не едет, из чего следовало, что призывный жест автоинспектора предназначался исключительно для меня. Я прижала «Форд» к обочине, заглушила мотор и вышла из салона. Понятное дело, документов на данный автотранспорт у меня не было, а значит, придется пускать в ход все свое обаяние.

Гаишник направился в мою сторону, и практически в ту же секунду к нему присоединился другой мужчина в форме обычного оперуполномоченного. На бедре второго болталась расстегнутая кобура, выставляя напоказ рукоятку табельного «ПМ». Парочка представителей закона остановилась на уровне багажника «Форда». Я замерла рядом с ними.

— Прошу прощения, — как можно ласковее пропела я. — Я что-то нарушила?

— Проверка документов, — сухо проинформировал меня оперуполномоченный, хотя я обращалась преимущественно к инспектору ГАИ. — Предъявите паспорт.

— Паспорт? — переспросила я.

Требование показалось мне несколько необычным. У автомобилистов редко когда запрашивали этот вид документа.

— Плохо слышите? — жестко сказал опер. — Кто еще с вами в салоне?

— Мой брат, — спокойно ответила я. — Возили его в больницу с подозрением на аппендицит. Но, слава богу, тревога оказалась ложной. А паспорт у меня в сумочке.

— Хотелось бы все-таки увидеть его, — никак не желал отвязываться от меня настырный опер. — И паспорт вашего брата тоже.

— Конечно.

Вот ведь незадача. Я вернулась в салон и села на сиденье. Мысли стремительно проносились в голове, сменяя друг друга, но ухватить нужную я была не в состоянии. К моему окошку приблизился гаишник, а опер зашел с другой стороны и постучал согнутыми костяшками пальцев по стеклу справа от Бекешина. Андрей привел в движение стеклоподъемник.