Книга Разделяй и властвуй, страница 66 – Марина Серова

— Понятно.

Что именно для него стало понятным, неизвестно. Добравшись до пункта назначения, мы покинули джип, и Граф первым двинулся к подъезду новенькой девятиэтажки. Я пропустила вперед Андрея и замкнула шествие. Мы поднялись на четвертый этаж.

— Прошу, — Граф открыл дверь и отступил в сторону, пропуская нас с Крокусом в недра квартиры.

Через несколько минут мы все трое расположились в просторной гостиной с открытым выходом на застекленную лоджию, и Олег извлек из встроенного в стену бара пузатую бутылку дорогого ликера.

— За встречу! — провозгласил Олег, водружая емкость в центр низенького стеклянного столика, расположенного между двух кресел.

Крокус подсел к месту импровизированного пиршества и радостно потер руки. Существующие в реальности проблемы мигом улетучились из его головы. Он подхватил с подлокотника пульт дистанционного управления и включил телевизор.

— Неплохо бы было отыскать какую-нибудь музычку, — Андрей защелкал кнопками, в то время как Граф присоединил к бутылке ликера на столе три широких бокала.

— Включи лучше магнитофон, — посоветовал он.

— Без понта, — отмахнулся Бекешин. — Я люблю видеовосприятие.

Я устроилась во втором кресле справа от Андрея, а Граф скромно расположился на стуле. Разливая напиток в емкости, он не сводил глаз с моего лица, и я даже почувствовала себя несколько смущенной. О чувствах, которые испытывал ко мне Олег Устинов, я всегда знала, и не могу сказать, что сама не симпатизировала ему, но все время продолжала держать с воровским авторитетом определенную дистанцию. Не собиралась я переступать заветной черты и при этой нашей встрече. Могу поспорить, в его планы входило другое. Что же, надежда умирает последней.

— Ничего себе! — неожиданно воскликнул у меня под боком Андрей. — Женя, ты это видишь?

Он толкнул меня локтем, кивая в сторону экрана телевизора, и одновременно с этим прибавил громкость воспроизведения. Я перевела взор и чуть не подскочила на месте. С телеэкрана на нас смотрела Марина Строганова, которую мы так беспечно упустили вчера из виду. Слова диктора за кадром покоробили меня еще больше.

— …Девушка была убита выстрелом в спину вчера вечером в районе одиннадцати часов. Трагедия произошла на пересечении улиц Некрасова и Александровской. Сотрудникам прокуратуры до сих пор не удалось установить личность погибшей, не говоря уже об обстоятельствах несчастного случая. Всех, кто знает что-то о ее гибели или может указать имя и фамилию девушки, просим позвонить по телефонам, которые вы видите сейчас на экране.

Внизу появились два шестизначных номера.

— Позвоним? — повернулся ко мне Крокус.

Я колебалась.

— Не стоит, — ответил за меня Устинов. — Мне жаль эту девушку, но мы обязаны подумать и о себе. — Олег поднял бокал с ликером и взболтал содержимое, изучая его на свет. — То, что вы рассказали мне, безусловно попахивает чьей-то хорошо спланированной акцией. Я уже на сто процентов верю тебе, Крокус, что вас с Дроздом тогда подставили. Возникает резонный вопрос: зачем? Скорее всего ответ заключается в том, чем занимался незадолго до своей смерти мент-перевертыш Дрозд. Его девушку убили, тебя, Андрей, отправили за решетку, а после выхода подвергли еще более серьезному испытанию… — Граф помолчал секунд десять. — Но самое главное, как сказала вам она, — Олег кивнул на экран телевизора, с которого к настоящему моменту фотография Строгановой исчезла, — квартиру Дрозда после его гибели перерыли вверх дном. Они искали что-то. Значит, что-то было.