Книга Проделки обезьян, страница 43 – Марина Серова

— Кстати, а может, нам в местный зоопарк наведаться?

— Какой?

— Ну, помнишь, о нем говорила корреспондент? Что она советовалась то ли со смотрителем зоопарка, то ли с кем-то еще, насчет того, почему убежала твоя живность.

— Кстати, а это тоже вариант. Вдруг к нашему делу приложили руку какие-нибудь зеленые или зоозащитники и таким образом решили спасти животное?

Мы минут двадцать уже шли по цветущей улице Сорочинска. Сияли фонари, машин было мало, людей тоже. Город готовился ко сну. Весной, оказывается, здесь довольно приятно и спокойно.

Мы шли не то чтобы куда глаза глядят, но все равно практически без маршрута. Нас манил зеленый свет маяка, который сиял где-то вдалеке.

Молчание. Глухой рокот волн вдалеке. Тихий шелест ветра. Я отчего-то сейчас вспомнила предсказание продавца специй. Вот и выяснилось, что пропажа, которую я ищу, мне не принадлежит – это так. Мусанг вообще непонятно чей сейчас: из родных мест его увез какой-то человек, передал в России левому чуваку, он его продал, но к покупателю зверек так и не попал. А ведь его еще ожидает путь из почти тропического солнечного Сорочинска в хмурый и серый в данное время года Тарасов.

Про подкидыша тоже все стало понятно: Митя – это не Митя, а Витя, который сам по себе «подкинулся» в эти приключения и в мою жизнь.

Единственное, что меня зацепило, так это слова про остров Буян. Который принесет радость. Скорее всего, он это просто сказал, желая разбавить свою тираду про дальнейшие опасности.

Хотя про них все было ясно с первых слов, я же так и сказала юноше, похожему на Аладдина, что это мои постоянные сопровождающие. Без опасностей я, в принципе, и не представляю свою жизнь. Она стала бы серой, скучной и, скорее всего, безынтересной.

Может, когда-то я и захочу домашнего уюта, вить семейное гнездышко, по вечерам встречать супруга с работы с ребенком в одной руке и пирогом в другой, но сейчас такая картина во мне вызывает лишь резкое отторжение.

Бррр. Я даже встряхнулась, как кошка, стряхивая с себя эти мысли.

— Замерзла? – повернулся ко мне Митя, заметив мое странное телодвижение.

— Да не особо.

— Мы, кажется, пришли. Смотри, вот за этими зданиями и кроется маяк. Самый старинный на этом побережье. Одна из главных достопримечательностей Сорочинска, но попасть внутрь, к сожалению, нельзя.

— Почему? Я бы хотела. Но жаль, что нельзя. Мне было бы интересно посмотреть, как там все устроено. Я читала где-то, что раньше это был самый крупный маяк на морском побережье в этом краю, хотя освещение работало лишь за счет керосиновой лампы. Но с какой-то там особой линзой была возможность давать световой сигнал на тридцать километров или даже чуть больше. Интересно, а сейчас он на столько же может светить?

— О, это мне известно. Кстати, а ты знаешь, что цвет его лучей мог меняться в зависимости от времени года?

— Прикольно! – Я стояла, задрав голову, и любовалась старинным маяком, выглядывающим из-за домов, ресторанчиков и закрытых кафешек. Сейчас маяк светился нежно-зеленым, практически успокаивающим светом.

Я посмотрела-посмотрела и поняла, что очень хочу спать.

— Мить, пойдем уже до отеля? Я нагулялась.

— Пойдем. Сейчас надо подняться по улице, немного пройти, и мы уже на месте.

Мы шли по ночному городу, расстроенные, усталые, но тем не менее с надеждой в сердце, что с наступлением нового дня мы все решим, найдем и со всем справимся. Вдыхали ароматы курортного города – незнакомых цветов, буйной зелени и моря.