Книга Проделки обезьян, страница 47 – Марина Серова

Я шла и улыбалась, сама не зная чему. Прекрасная погода, прекрасный город, прекрасная компания. Да, есть проблемка – нет мусанга, но ее же легко можно решить. Сейчас мы все узнаем у профессора Половинкина про повадки животного, поймем, где он может обитать, и счастливые, довольные отправимся в обратный путь. А пока можно наслаждаться тем, что у нас есть.

Мы свернули направо и оказались на местном рынке, который у нас в Тарасове называют блошиным или птичьим. Почему такое название, сказать сложно. Да, здесь можно купить и птиц: ярких попугайчиков, скромных канареек, голосистых соловьев, белоснежных голубей с хвостами, похожими на веер. Иногда привозят сельскую живность: цыплят, утят, индюшат; взрослых особей, их родителей: кур и петухов, красивых селезней и серых уточек, один раз я видела даже павлина, правда, с общипанным и довольно потрепанным хвостом, но все же это была настоящая царь-птица.

Но в основном на таких рынках продают всякую всячину, которая либо просто не нужна дома, либо ее хозяин очень нуждается в средствах. Отсюда и второе название местечка – «блошиный рынок»: здесь столько мелочовки, столько товара, как блох на бродячей собаке, которых не выловишь.

— Если честно, я всегда обходила стороной подобные стихийные рынки, – повернулась я к Мите: – Даже скажу так: никогда не бывала на них, обходя десятой дорогой.

— Почему?

— Тебе ответить честно?

— Ну… Желательно. А смысл в нечестном ответе?

— Я раньше считала покупки в таких местах уделом бедняков и, как бы это помягче выразиться, – я задумалась, подбирая подходящее слово, – маргиналов.

— Серьезно? Ты посмотри вокруг, это же просто музей СССР!

— Ага, музей. Под открытым небом, – съязвила я и добавила: – Бабушкин сервант и дедушкин гараж.

— Ты знаешь, я не то чтобы заядлый посетитель таких мест. Так, скажем, любитель. Порой интересно просто пройтись, все разглядывая – от грошовых безделушек до коллекционных вещей. Да и стоимость у них колеблется от одного рубля до нескольких десятков тысяч. Можно найти все.

— Прямо-таки всё-всё? Вот в этом барахле, – шепотом, чтоб не обидеть местный люд, спросила я и оглядела ближайшие «прилавки» – покрывала и клеенки, лежащие на земле, низкие самодельные столики из ящиков, походные туристические столы.

— Да, здесь, – тоже отчего-то тихо-тихо шепнул Митя. – Смотри, разные книги, винил, значки, монеты, фарфоровые статуэтки, винтажные украшения, вон даже бюст Ильича торчит, видишь?

— Ага, вижу. И музыкальные инструменты, – показала я рукой в сторону трех баянов, балалайки и очень потрепанной скрипки. – Ощущение, что кто-то забрался в каморку за актовым залом в заброшенной школе искусств.

— Хм, интересное сравнение. А еще посмотри, – обратил мое внимание Митя на близлежащую доску, где расположились уж точно музейные вещи, – старинные самовары и утюги, посуда, хрусталь и игрушки.

— Да уж, – протянула я, присмотревшись. – Некоторые вещи в таком ужасном состоянии, что смотреть страшно, а не то что в руки брать. Бррр…

— А некоторые превосходно сохранились. Лично у меня они вызывают ностальгию и воспоминания из детства. Практически все это было у моих родителей, у бабушки с дедушкой. Мне кажется, что, возьми я в руки любую вещь, так я тебе столько историй расскажу, с ней связанных. На таком рынке можно найти все, что душе угодно, причем совершенно неожиданно.