Книга Опасное шоу, страница 28 – Марина Серова

Я наклонилась, попыталась разжать кулак. Сделать это было очень сложно – пальцы были сомкнуты, точно спаяны между собой.

Разжимать кулаки у трупов – задача практически нереальная, но мне все же удалось путем невероятных усилий сделать это.

Я сумела извлечь предмет, который так упорно держал мертвец в кулаке. Этим предметом оказался клочок бумаги, свернутый в четыре раза.

Про себя я едва ли не молилась о том, чтобы бумага не была повреждена. Я аккуратно развернула листок и поняла, что это была записка.

К моему счастью, буквы не расплылись от дождя, и я смогла прочитать послание, которое оставил Руслан Илюшов.

На бумажке печатными буквами было написано всего-навсего два слова: «Спаси Ронну».

Я несколько раз перечитала записку. Видимо, он написал предсмертное письмо либо во время поездки в автобусе, либо сидя в кафе. Но получается, Илюшов уже знал, что его убьют? Тоже слабое объяснение. Зачем тогда он ехал на кладбище?

Нет, все было иначе. Руслану позвонили, пока он ждал меня в кафе, и заманили в это место. Наверняка преступник заставил мужчину сюда поехать, потому что Руслан не мог отказаться от предложения убийцы. Либо преступник пригрозил Илюшову, что, если тот не поедет на кладбище, случится нечто страшное для самого Руслана. Возможно, убийца пообещал нечто ценное своей жертве, вот Илюшов и сорвался с места. А когда он был уже на кладбище, до Руслана дошло, что его заманили в ловушку, поэтому он и написал это короткое письмо. То есть у Илюшова уже не было выбора – он знал, что его убьют, поэтому и оставил лаконичное послание. Только кому оно предназначалось? Полиции или все-таки мне?..

Я перечитала записку. «Спаси Ронну», – говорилось в ней.

Если бы Илюшов адресовал письмо полиции, логично, там был бы глагол во множественном числе – «спасите». А в записке было сказано «спаси». То есть один человек должен был выполнить последнюю просьбу Руслана.

Ко мне мой несостоявшийся клиент обращался на «вы», но, будучи напуганным, он наверняка отбросил все условности и коротко написал – «спаси».

То есть я должна спасти какую-то Ронну? Но кто это? Имя странное, нерусское, понятия не имею, кого могли так звать.

Может, это сокращение от нормального имени? Но какое имя можно было так сократить? Рональд? Даже в наше время родители бы так ребенка не назвали.

Может, Ронна – это никнейм? В любой интернет-сети человек может назвать себя как угодно, и имя Ронна не будет казаться странным. Значит, мне надо будет выяснить, есть ли у Руслана среди «друзей» человек с никнеймом «Ронна».

Я положила записку в пакетик для улик и решила подумать над ней позже. Сейчас я намеревалась дойти до реки и очень жалела, что у меня нет длинного острого мачете – я чувствовала себя едва ли не конкистадором, пробивающимся сквозь джунгли бескрайнего тропического леса.

Колючки рвали ткань на одежде и до крови царапали мои лицо и руки, но я упорно шла вперед, продираясь сквозь дебри.

Когда я наконец-то добралась до водоема, на коже кровоточили свежие царапины, а джинсы и куртка выглядели так, будто я недавно играла в прятки с тиграми. Но зато я достигла своей цели – сейчас стояла на зыбком берегу узкой реки, которая была больше похожа на приток какого-то болота.

На земле, среди мокрых комьев глины и грязи, я ничего не увидела. Ботинком я попыталась сбить верхний слой грязи, однако ничего рассмотреть так и не смогла.