Книга Спрятаться не поможет, страница 45 – Марина Серова

— Вот договор, вам надо заполнить его. Вверху пишите полностью фамилию, имя, отчество, на обратной стороне заполняете данные по паспорту, в графе «дата» и «подпись» ставите сегодняшнее число и расписываетесь.

Я послушно заполняла бланк, затем Кузнецова отправила меня за соседний столик к бухгалтеру, чтобы оплатить обучение. Про себя я присвистнула – неплохо они берут за курсы, родителям абитуриентов приходится здорово раскошелиться, учитывая уровень среднестатистической зарплаты в Тарасове. Понятное дело, что я зарабатываю намного больше, чем рядовой служащий, но для обычных граждан курсы слишком дорогие.

Я заплатила требуемую сумму и снова вернулась за стол секретаря.

— Копию договора вы оставляете себе, покажете ее преподавателю. Вообще, лучше всегда носить ее с собой – на всякий случай, вдруг проверка какая будет. Я вам сейчас распечатаю расписание занятий, – добавила она. – В принципе, если хотите, вы можете прийти сегодня на первый урок, у вас будет рисунок. Занятия проходят по вторникам, пятницам и воскресеньям, длятся два часа. В будние дни уроки начинаются с пятнадцати часов, в воскресенье – с одиннадцати. С собой нужно иметь художественные принадлежности – вам расскажет преподаватель, какие краски покупать, если у вас их нет. Рисуете за мольбертами, размер листа – тридцать на сорок, что соответствует формату «А3». Наверное, знаете, что для рисунка подойдет обычный ватман, для живописи акварелью – акварельная бумага.

Ничего этого, я, естественно, не знала, и по моему лицу секретарь поняла, что сообщила абсолютно новую для меня информацию. Она удивленно поинтересовалась:

— Вы рисовали раньше? В художественной школе учились?

— Ну… да, – соврала я. – Училась, но давно. Вот, решила вспомнить былые годы…

— А чем вы писали в художественной школе? – продолжала допытываться Инна Федоровна.

— Да всем подряд, – туманно ответила я. – Карандашом, красками… В общем, чем придется, тем и писала…

— Ну а краски-то какие были? – настойчиво спросила секретарь. К счастью, я не была абсолютно безнадежна в плане искусства – уж чем дети рисуют, знала, поэтому заявила:

— Гуашь, акварель, масло.

— Вот это да! – изумилась женщина. – Это детская художественная школа была? Надо же, я не знала, что детям масло дают, номер школы какой был?

Я поняла, что сболтнула что-то не то, поэтому стала выкручиваться из создавшейся ситуации:

— Это не в Тарасове было, я ведь во Владивостоке родилась, там и училась. У нас в городе много художественных школ, я училась в первой.

Понятия не имею, как на моей родине обстоят дела с художественным образованием, но, похоже, Инна Федоровна тоже об этом не знала. Она протянула:

— Надо же, хорошая у вас школа была… Ну что ж, удачи вам, надеюсь, вы хорошо сдадите вступительные экзамены и поступите к нам в училище! Если что – художественный магазин есть на первом этаже, можете приобрести там необходимые материалы!

Я с облегчением вздохнула про себя. Секретарь не поняла, что рисование и я – вещи несовместимые, и то хорошо. Поблагодарив Инну Федоровну, я попрощалась с женщинами и, взяв свой экземпляр договора, покинула учебную часть.

Прозвенел звонок с урока. Я посмотрела на часы – начался обеденный перерыв. Я написала Кире сообщение, в котором спросила, все ли у нее в порядке. Спустя некоторое время пришел ответ – девушка собиралась пойти в столовую. Мы договорились встретиться в коридоре на первом этаже.