Книга Развлечения с риском для жизни, страница 107 – Марина Серова

На случай, если за мной наблюдают, я принялась изображать панику – орала, упрашивала меня выпустить отсюда, колотила в дверь, потом уселась на пол и закрыла лицо руками.

Никакой реакции. Может, мой спектакль никто не видит, но это хотя бы помогло немного отвлечься от фильмов. Я продолжала истерить, изображала рыдания и панику, но потом порядком устала, все-таки невозможно на протяжении четырех часов так надрываться. Но смотреть видео мне совершенно не хотелось.

Я закрыла глаза и заткнула уши, чтобы подумать о своих дальнейших действиях. Сегодня ночью мне надо попытаться изо всех сил найти Кристину и сбежать вместе с девушкой. Наверняка чем дальше, тем будет хуже – сегодня мне просто показывают видео с изнасилованиями и убийствами, а завтра что? Устроят очную встречу с каким-нибудь маньяком-извращенцем? Ну, допустим, его я обезврежу, вот только после этого мне не поверят, что я стала жертвой насилия. Можно все списать на «сверхчеловеческие способности», внезапно открывшиеся мне после опыта с рисом, но не уверена, что это сработает. Но в любом случае нельзя упускать сегодняшней возможности, быть может, мне повезет и я проникну в те дома пансиона, которые я еще не обыскала…

Казалось, я сидела на полу целую вечность. Наконец трансляция прекратилась, экран погас.

Дверь открылась, я услышала голос Егора.

— Женя, идем. Тебе надо написать отчет.

— Вы специально надо мной издеваетесь? – я всхлипнула. – Зачем вы мне все это показывали?

— Ты должна взглянуть в лицо своему страху, – спокойно заметил мужчина, подходя ко мне.

Когда он протянул свои руки к моему лицу, я отшатнулась.

— Не бойся, я завяжу тебе глаза, и мы вернемся обратно в твой дом, – мягко проговорил он. – Вечером я зайду за отчетом.

Мы вернулись в мое жилище без окон, Егор оставил меня в одиночестве. На столе стоял остывший обед – наверно, сейчас уже половина второго или около того. Борщ со сметаной я вылила в туалет, туда же отправилась и половина плова, а хлеб я оставила на столе. Если бы быть уверенной в том, что хлеб хотя бы у них нормальный, я бы съела кусок. Но рисковать не хотелось, поэтому я достала свой последний сэндвич, отломила половину и съела. Но ничтожно маленькая порция не заглушила голод – желудок урчал так оглушительно, что было слышно, думаю, и на улице. Ничего не поделаешь – если хочешь остаться в здравом уме и с твердой памятью, придется сидеть на голодном пайке…

Я состряпала отчет о том, как жутко и ужасно было смотреть видео, обозвала тех, кто придумал это задание, жестокими извергами и извращенцами и остаток времени до ужина провалялась в кровати, слушая недовольное урчание своего несчастного желудка.

Вечером я повторила свой номер с едой, а когда зашел Егор, притворилась спящей. Он просмотрел мой отчет и забрал себе, не будя меня.

Когда он вышел, я некоторое время прислушивалась, однако больше никто ко мне не заходил. Похоже, официантка по просьбе Егора заберет мои тарелки завтра, когда принесет завтрак.

Ночью я снова покинула свой дом. Ждать было мучительно долго, но я решила не спешить, чтобы не поставить под удар свою операцию.

Когда я выскользнула на улицу, было темно. Я огляделась и, убедившись, что все тихо и спокойно, отправилась к дальнему двухэтажному зданию с окнами.