Онлайн книга «Под крылом Валькирии»
|
— Нет, я понятия не имею, кто, кроме Александра, мог бы за мной следить, – покачала головой Волконская. – Вообще на ум ничего не приходит! Одно радует – этот тип хотя бы не пытается залезть в квартиру… — Да уж, мне ведь пришлось вас оставить одну утром, – заметила я. – Но сегодня я больше не собираюсь никуда уезжать. У вас, как я помню, по воскресеньям резьба по дереву? — Да, – кивнула Катя. – Занятие в полдень, я очень рада, что мне удастся туда пойти! — Вот и отлично, – произнесла я. – Стало быть, поедем вырезать эти ваши деревянные ложки… В половине двенадцатого мы с Катей вышли из дома и направились к моей машине. Мастерская резьбы по дереву находилась на пересечении улицы Московской с улицей Фурмана, то есть практически в центре города. Мы доехали туда относительно быстро – только один раз попали в пробку, которая, к счастью, скоро закончилась. Катя сказала мне, где лучше припарковаться, и мы вышли из машины. — Мастерская находится в подвале сувенирного магазина, – пояснила Волконская. – Там не очень удобная лестница, спускаться надо осторожно… Мы зашли в маленький магазинчик, где продавались разнообразные поделки из дерева и глины. Пройдя к противоположной стене, Катя толкнула темно-серую железную дверь, и мы оказались на лестничной площадке. Вниз вилась круговая лестница с очень узкими ступеньками, поэтому идти вниз надо было медленно и аккуратно. Волконская провела меня в зал с разнообразными станками, где, вероятно, вырезали какие-то большие вещи. Следом за залом находилась маленькая комната с одним-единственным длинным столом и шкафами, заполненными деревянными фигурками и посудой. — Вот и наша мастерская, – объявила Катя. – Вы можете садиться за стол, сейчас Сергей вам расскажет, что делать… Сама Волконская взяла в руки большую деревянную миску, точнее, это выглядело как вырезанная из дерева миска. На самом деле оказалось, что из этого должна получиться средневековая чаша с головой дракона, но пока не было ни дракона, ни самой чаши. Понятия не имею, как Катя собиралась превратить свою заготовку в столь причудливую посудину, но сама молодая женщина знала, что делать. Она взяла нож с деревянной ручкой и треугольным лезвием и принялась сосредоточенно что-то вытачивать из своего изделия. Я уселась на деревянную лавку рядом со светловолосой полной женщиной в очках. На вид ей было лет пятьдесят – пятьдесят пять. Она была одета в белую блузку и черные свободные летние брюки, волосы дама забрала в низкий пучок. В руках у женщины была какая-то фигурка – вернее, из ее заготовки должно было получиться некое изображение. Напротив меня усердно работал ножом молодой парень лет двадцати, который не обращал никакого внимания ни на меня, ни на остальных присутствующих. Пышнотелая брюнетка вместе с полным мальчиком вытачивали вдвоем неведомые орнаменты, женщина постоянно что-то советовала своему сыну, тот же сидел молча и не отвечал ничего на ее комментарии. Ко мне никто не обращался и ничего мне не говорил, я же молча разглядывала собравшихся. Я обернулась и посмотрела на Катю. Та разговаривала с крепким бородатым мужчиной лет сорока, одетым в бежевую футболку и джинсы. О чем они беседовали, я не слышала – вероятно, обсуждали работу моей клиентки. Закончив разговор с Волконской, мужчина подошел к нам и обратился к моей соседке: |