Онлайн книга «Эта проклятая смена»
|
— Так, за словами следи, — напомнила я. — Это второе предупреждение, я человек злопамятный, и фантазия моя безгранична. Если в третий раз услышу от тебя что-то подобное — пеняй на себя, унизительным видео не отделаешься! Это ясно? — Да… — Хорошо, — я повернулась к Марине. — Марина, пока выключи видео. Итак, народ, даю вам полчаса на уборку. По истечении этого времени мы с Мариной снова зайдем в вашу «алупку» и, если нас что-то не устроит — меры примем, не сомневайтесь. Если будете себя хорошо вести, а особенно — Дима, то получите свои колонки назад. Пока они будут находиться у меня в целости и сохранности. И еще раз предупреждаю — лучше меня не злить, если вам тут не нужны неприятности. Я понятно выразилась? Или другими словами сказать, для особо одаренных? — Да поняли все, уберемся, — проворчал Дима. — Идите уже! — Приказывать не нужно. — Я строго посмотрела на парня. — Я к приказам в свой адрес отношусь плохо. Вероятно, вам стоит напомнить правила вежливости? Поискать книжку для детей младшего возраста или сами вспомните? Дима не нашелся что ответить. — Я хочу, чтобы ты извинился за свою дерзость, — заявила я. — Достаточно двух слов: «извините, пожалуйста». Справишься? Это не сложно, я в тебя верю! — Да понял я! — разозленно воскликнул Дима. — Извините. — «Пожалуйста» забыл, — терпеливо проговорила я. — Это же так просто — сказать «извините, пожалуйста»! Только тон еще надо соответствующий, чтобы я поверила тебе и спокойно ушла, оставив вас наедине с уборкой. — Извините, пожалуйста, — скороговоркой произнес парень. Я удовлетворенно кивнула, потом бросила: — На первый раз с вас хватит. Итак, через полчаса заходим с Мариной проверять вашу комнату. Время пошло. — Вот это да! — восхищенно прошептала Марина, когда мы вышли из десятой комнаты. — Похоже, вам удалось «алупчан» приструнить! Я бы в жизни до такого не додумалась! Нас ведь учили, что к ребенку надо относиться с уважением, не ущемлять его достоинства… — Так я очень уважительно вела себя по отношению к парням, — пожала я плечами. — Не оскорбляла, не обзывалась. В конце концов, они сами виноваты — если б сразу выполнили требования, никто бы им и слова не сказал! А дерзость в свой адрес я не терплю. — Да, у вас, видимо, талант к общению с трудными подростками… — пела мне дифирамбы Марина. — Мы с Региной бьемся как рыбы об лед и ничего с «алупкой» сделать не можем, а вы пришли и за какие-то десять минут сразу их на место поставили! А ведь это самая проблемная комната! — Ну вот, видите, как просто! — усмехнулась я. — Кстати, ничего, что я перешла на «ты»? Когда мы с «алупчанами» разбирались? Не знаю, как вожатые друг с другом общаются… — Как раз хорошо! — заверила меня девушка. — Мы между собой на «ты», дети должны нас на «вы» называть. По имени друг к другу обращаемся — без отчества. — Вот и замечательно, — кивнула я. — Тогда договорились — говорим друг другу «ты», больше не «выкаем». Что там у нас дальше по плану? — Дальше надо будет проверить, как дети убрались в комнатах, — сказала Марина. — В одиннадцать у нас проверка, на уборку отводится час. Но как вы… ой, то есть ты, видишь, сперва надо пройтись по всему корпусу и сподвигнуть детей на это действо. Дверь одной из комнат открылась, оттуда вышла темноволосая худенькая девушка лет двадцати — двадцати двух. Невысокая, с огромными карими глазами вполлица и густой челкой, доходящей до бровей. Одета девушка была в вожатскую футболку (мне униформу пока не выдали, судя по всему, за этим вопросом надо было обращаться к старшей вожатой) и синие джинсы. Она быстро подошла к нам с Мариной, удивленно посмотрела на меня и проговорила, обращаясь к моей спутнице: |