Книга Шедевр под подозрением, страница 61 – Марина Серова

— Ну… да, согласна, — вздохнула Настя. — Поначалу-то мне было с ним даже интересно — все-таки художник, творческая личность, и все такое… Я не обращала внимания на то, что у нас с ним нет ничего общего, это я только сейчас понимаю. А познакомились мы с ним на выставке, куда меня затащила Маша. Я отпиралась как могла, но потом пришлось пойти с ней, и там я увидела Рожнева. Он первым к нам с Машкой подошел, и, если честно, я сперва решила, что ему моя подруга понравилась, а не я. Они сразу стали разговаривать о картинах, я стояла и не знала, куда от скуки деваться. Потом решила под благовидным предлогом улизнуть с выставки — по крайней мере, Машку я пристроила, она себе нашла собеседника. Когда я сказала, что собираюсь идти домой, Макс неожиданно вызвался меня проводить. Машка обиделась, видимо, ей не хотелось одной оставаться на выставке, к тому же ее задело поведение Макса. Я предложила пойти в кафе, попить кофе. Мы втроем пошли, потом Машка заявила, что ей срочно надо домой. Макс остался со мной в кафе, потом и до дома проводил, мы разговорились. Он рассказал, что преподает рисование в детской школе искусств, спросил меня, чем я занимаюсь. Я про редакцию рассказала… Так и стали общаться. Часто Рожнев меня после работы встречал, Инга прозвала его Ван Гогом и все спрашивала, когда на моей свадьбе будем гулять. Но, как видишь, свадьбы не вышло…

— А вы с ним только у тебя встречались?

— Иногда в кафе ходили, как-то я у него дома была, здесь. — Настя скривилась. — Только у него тогда краски по всей комнате валялись, и холст стоял, правда белый. Макс говорил, что хочет какую-то картину написать, но, по-моему, он так ее и не начал. Я терпеть не могу беспорядок, ну, ты уже знаешь, поэтому больше к нему я не ездила. Мне комфортнее у меня дома.

— А о своем прошлом Рожнев тебе рассказывал? — продолжала расспрашивать я. — Судя по словам Наталии Владимировны, на работу в детскую школу искусств он устроился только в сентябре, чем он занимался до этого?

— Ну… еще где-то работал, только неофициально, — пожала плечами Настя. — Он пару раз только обмолвился, и все. Я детально его не расспрашивала.

— Ладно… — Я задумалась.

Пока рассказ Ленской вызывал сплошные вопросы, мне было непонятно, почему Настя абсолютно ничего не знает о человеке, с которым у нее были довольно близкие отношения. Обычно, когда люди встречаются, они стремятся узнать друг о друге как можно больше, но в случае с моей клиенткой все было иначе.

— Настя, ты же помнишь о нашей договоренности? — я испытующе посмотрела на девушку.

Та ответила мне удивленным взглядом.

— О какой договоренности? Ты про деньги? — поинтересовалась я.

— Нет, я про то, что предупреждала тебя о необходимости говорить мне только правду, — напомнила я.

— Так я и рассказываю тебе правду, — пожала плечами Ленская. — Почему ты думаешь, что я лгу?

— Может, и не лжешь, но явно что-то недоговариваешь, — пояснила я. — По крайней мере, так кажется со стороны.

— Не понимаю, с чего ты это решила, но я говорю все как есть, — возразила Настя. — Я уже переживаю за Максима и хочу, чтобы он нашелся. Все это как-то подозрительно — он не пришел на работу, дома его нет… Но кроме дома или работы я не знаю, где он еще может быть! Хотя… вдруг он у той белобрысой? А что, она его захомутала, а он в порыве страсти забыл обо всем на свете… Ну, если это так, он у меня получит… Хотя я ему теперь никто, пусть сам разбирается с неприятностями на работе.