Онлайн книга «Визит из преисподней»
|
— Папазянчик, а что ты сказал бы, если б, к примеру, я тебе заявила, что Артист вполне может оказаться жив-здоров? — Я сказал бы тебе одно из двух: либо у тебя не все дома, либо ты — самый классный сыщик нашего времени. Ну а так как второе невозможно, потому что самый классный сыщик нашего времени это я, значит, остается первое. — Ну Гарик, а серьезно! Есть хоть какая-нибудь вероятность? Ведь труп, как я поняла, опознать было невозможно… Он уже ощутимо начинал беситься: ставить под сомнение информированность Папазяна было опаснее, чем шутить с огнем. — Послушай, Татьяна. — Он приблизил ко мне свои черные непроницаемые стекла. — По меньшей мере десять человек видели, как он садился в ту машину. По меньшей мере двадцать человек видели, как машина взлетела на воздух. Опознать головешки, разумеется, нельзя, но все же было очевидно, что это останки человека, а не динозавра! Совпали многие параметры. И все знали, что в этой чертовой машине он был один. Правда, кое-кто считал его оборотнем, но не до такой же степени! Это — первое. А кроме того, если б даже Артист каким-то чудом уцелел — неужели ты думаешь, что эта сволочь до сих пор, за два-то года, нигде и никак не проявилась бы? А если б он проявился — то я бы об этом знал! Уж поверь мне! Я тебя уважаю, и даже больше, но… давай покончим с этой темой, ладно? — Ладно, — покорно согласилась я и ослепительно улыбнулась ему: — Гарик Хачатурович, раз уж вы сегодня ко мне такой добренький, то у меня есть еще одна ма-аленькая просьбишка… Добренький Гарик Хачатурович снисходительно пожал плечами: пользуйтесь, мол, куда ж вы без меня! — «Скорая помощь», в номере три шестерки, больше ничего не известно. Она у меня в прошлую пятницу вечером в одном деле наследила. Я с этим могу несколько дней провозиться, а для тебя — шуточное дело. Будешь другом? — А что мне остается? Ничего другого от тебя не дождешься… В течение дня звякну. Но ты готовься: мои капитанские погоны мы с тобой все равно отпразднуем! — Плох тот лейтенант, который не мечтает! — отрезала я. Следующие два с лишком часа, проведенные мною в самом сердце АО «Бутон», можно было бы смело назвать потерянными напрасно, если б не мимолетная встреча с моим «женихом». Признаться, я надеялась увидеть у подъезда АО знакомую «Ладу» — и я ее увидела. Сам Гриня сидел в приемной шефа, ожидая какую-то бумагу, которую должен был отвезти в Министерство экономики правительства области. (Звучит-то каково!) А секретарша моего клиента — бесформенная блондинистая кадушка лет тридцати восьми — просто выпрыгивала из платья в его присутствии. Я оторвала ее от этого приятного занятия и тем самым приобрела в ее лице откровенную недоброжелательницу. Почему-то у меня редко находятся доброжелательницы из числа секретарш… Пока хозяйка приемной с видом оскорбленной добродетели уплыла докладывать о прибытии «московского спецкора», губы Орлова живо напомнили мне о впечатлениях прошедшей ночи. А между поцелуями он успел еще доложить, что сегодня вечером встречается кое с кем в ресторане гостиницы «Столичная». Я шепнула, что если он ввяжется в историю — пусть домой не возвращается. — «Ночью я тебе, змея, все-все-все припомню…» — ответил он мне цитатой из своего любимого Кучина. Центральный офис производственно-коммерческой фирмы «Бутон» — двухэтажное здание из розового кирпича, элегантное, но без излишней роскоши, как и все принадлежащее Бутковскому, — занимает господствующее положение на огромной, почти трехгектарной, территории знаменитого «Славянского базара». Этот популярный рынок на Третьей Дачной, куда сегодня приезжают за барахлом и снедью люди даже с противоположного конца города (потому как цены выгодно отличаются), тоже, естественно, является, детищем АО. И одной из его «золотоносных жил», понятное дело. |