Онлайн книга «Визит из преисподней»
|
Рука с автоматическим пистолетом Стечкина медленно выравнивалась на цель, которой был мой лоб… Но терять мне было уже нечего… почти, так почему не попробовать последнее средство? — …И жить вам осталось недолго, если будете дураками. Баксов вам уже не видать как своих ушей, вы же слышали, что Артист отказался от сделки с клиентом. Он хочет теперь, чтобы все поверили, будто ребенок мертв… — Заткнись, стерва!!! Но я прекрасно видела, что мои слова уже посеяли смуту в двух преступных умах — трусливом и примитивном, поэтому затыкаться не собиралась: — …На самом деле у Артиста есть другой покупатель на мальчика, но делиться с вами он не собирается! Смута в стане врага достигла точки кипения, но было поздно. «Стечкин», сжимаемый теперь уже двумя руками, быстро переместился в направлении «сладкой парочки»: — Назад, придурки! Стволы на пол, к моим ногам, живо! Первым швырнул свой «ТТ», конечно, Чайханщик, затем — нехотя — примеру старшего товарища последовал Акула. Рискнуть?.. Нет, он слишком далеко от меня, не успею. К тому же против меня они уж точно выступят единым фронтом… — Отлично, ребятки, я знал, что вы не разочаруете шефа! Отблагодарив свои кадры волчьей улыбкой, Артист носком лощеного башмака пододвинул к себе пистолеты и наступил на оба сразу. После этого черное дуло плавно повернулось градусов на шестьдесят и опять нацелилось в меня. Номер не прошел. Что ж, значит, придется потерять последнее, что осталось. Гриня, я иду к тебе! — А теперь, милая леди, сначала я убью тебя. К сожалению, вынужден воспользоваться непривычным для себя способом, так что извини, если будешь долго мучиться… — Нет, Виталий, больше ты никого не убьешь. Повернись ко мне! Я обмерла. На пороге дежурки стоял Бутковский-старший с маленьким спортивным пистолетом в руке. На фоне распахнутой входной двери и отдаленного прожектора, освещающего майдан, его высокая фигура была прекрасной мишенью… В конце концов, долг частного детектива — защищать интересы клиента до последнего вздоха, а я свой последний еще не испустила. В тот момент, когда сцепленные на рукоятке «стечкина» руки Артиста метнулись к двери, сама я метнулась к нему и врезала ногой по его рукам одновременно с нажатием курка. Оглушительная очередь полоснула по бетонным перекрытиям потолка, тусклая лампочка, освещавшая комнату, погасла, и в кромешной тьме, наполнившейся воплями, срикошетившие пули засвистели по всей дежурке… Рухнув на ногу Артиста, придавившую к полу пистолеты Акулы и Чайханщика, я была в полной уверенности, что список жертв Галантерейщика пополнился по крайней мере еще одним человеком. Описанный конец света уложился в кратчайший миг. И в этот же самый миг произошло еще кое-что, а именно: в окошко без решеток, выходящее на склон холма, с ужасающим грохотом, звоном разбитого стекла и с боевым кличем влетело нечто подобное тайфуну или лавине, но, по-видимому, все же одушевленное. Всецело поглощенная схваткой отца и сына Бутковских, пытающихся завладеть «стечкиным», я успела заметить, что на пути нового бойца встал Акула, и между ними тоже завязалась кровавая битва. Ну, по крайней мере, новенький — наш человек, и то ладно! Решив, что это подоспели органы защиты правопорядка, я промямлила что-то вроде «ну наконец-то, Гарик!» и попыталась встать на ноги, чтобы помочь Олегу Николаевичу, которого считала более уязвимым. Но не тут-то было! Падая, я подвернула левую ногу и теперь, чуть приподнявшись, вскрикнула от боли. |