Книга Взрывное лето. Сюита для убийцы (сборник), страница 85 – Марина Серова

Едва я успела все это разглядеть, как Саша привел мою первую сегодняшнюю жертву.

— Танечка, познакомься, это краса и гордость нашего оркестра, концертмейстер первых скипок, Элен Волкова.

Волкова коротко улыбнулась мне одними губами. Исходя из того, что Сашка никогда не был склонен к дешевому подхалимажу, я сделала вывод, что скрипачка она действительно хорошая.

— Элен, а это Татьяна Иванова, частный детектив.

М-да, меня друг детства мог бы представить и поэффектнее. Тоже мог бы придумать что-нибудь насчет красы и гордости. А Сашка, познакомив нас, посчитал свой административный долг исполненным и, извинившись, убежал куда-то по своим директорским делам.

Для большей свободы общения я не стала занимать место за письменным столом. Так что мы с концертмейстером первых скрипок устроились на облезлом диване. С минуту мы занимались самым естественным для двух только что познакомившихся женщин делом: разглядывали друг друга. Мне трудно сказать, какое впечатление я произвела на Элен, маска доброжелательного спокойствия на ее лице не дрогнула ни на мгновение. Самое забавное, что я ни на секунду не усомнилась в том, что это именно маска.

Элен была женщиной без возраста. В том, что она старше меня, я не сомневалась, но на пять, десять или пятнадцать лет, угадать было невозможно. Ухоженная, гладкая кожа без единой морщинки, даже вокруг глаз. Тщательно нанесенный макияж, такой за пять минут не сделаешь, часа два труда перед зеркалом, не меньше. Столь же тщательная, волосок к волоску, прическа. Цвет золотистых волос выглядит настолько натуральным, что нет сомнений, это или «Londa», или что-то еще более эффективное. Небесно-голубые глаза и такого же тона аккуратный костюмчик – удлиненный жакет и мини-юбка. Безупречная фигурка и восхитительные ножки. И абсолютная уверенность в себе. Я попробовала начать разговор с нейтральной темы.

— Извините, сама понимаю, что это неуместное любопытство, но почему Элен? – Мне действительно было интересно.

Снова короткая холодная улыбка.

— Просто мне так нравится.

— Самая уважительная причина, – согласилась я. – Ну что ж, вы, конечно, понимаете, что я хотела бы кое о чем вас расспросить в связи со смертью Князева. Вы уже отвечали на массу вопросов, я читала протокол. Но я не из милиции. Меня нанял Роман Анатольевич. Его очень беспокоит сложившаяся ситуация, и мне кажется, он считает, что быстрая поимка преступника необходима…

— Для сохранения работоспособности и самого существования оркестра, – продолжила за меня Элен. – Точка зрения Романа Анатольевича мне известна, он говорил с нами. Я с ним согласна, так что задавайте любые вопросы, какие считаете нужными.

— Прекрасно. Тогда расскажите, пожалуйста, о Князеве, что это был за человек?

— Тяжелый человек, – она откинулась на спинку дивана и расслабила плечи. – Я бы сказала, вздорный. Амбициозный, нетерпимый, скандальный. Достаточно?

— В общем, да. А как дирижер, в профессиональном плане?

— Так себе, ничего особенного. Ну махал палочкой, искренне считая, что создает высокое искусство, а сам… – Элен слегка оживилась, наклонилась ко мне, щеки ее зарумянились. – Я однажды обозлилась на него во время репетиции и весь «Менуэт» Боккерини играла свою партию на полтона ниже, представляете?