Книга Бриллиантовая месть, страница 72 – Марина Серова

— Таня, я тебе не просто это хочу сказать. Это удалось доказать! У него растяжки под мышками.

— Ну, в его комплекции это нормально. Разве нет? Он достаточно крупный мужчина.

— Нет, ты меня вообще не слушаешь, что ли? Его поднимали и тащили. Пока мы не можем установить точно, был ли он жив на момент, когда его переносили. Но растяжки свежее, чем рана, это точно. И они точно от механического воздействия.

— Подожди-подожди. То есть его зачем-то пырнули, а потом тащили в кабинет? Господи, кому это может прийти в голову? Кому это надо? Зачем?! И главный вопрос, кто мог его тащить? Он же тяжеленный. Его жена и домработница даже вдвоем его бы не подняли. Хотя есть у меня один вариантец.

— Да, именно. Наконец-то ты начала думать. Еще главное то, что его тащили не волоком. Понимаешь, о чем я? Его закинули на плечо и несли. Кто-то был достаточно сильным, чтобы нести. Не волоком. Пятки целы. Ботинки тоже.

— Ух ты, а вот это уже что-то новое. Спасибо, ты облегчил мне работу. Теперь я знаю, в каком направлении копать.

— Обращайся. Все, я пошел работать. Пока.

Он сбросил звонок, а я осталась сидеть на улице одна. Свежий ветерок помогал разогнать лишние мысли.

Я открыла сообщение Игоря с адресом водителя. Вот он. Высокий грузный мужчина точно смог бы тащить Кострова. Причем без особых трудностей. Вот к нему мне и нужно.

Я ехала, находясь в эйфории. Наконец-то, дело почти раскрыто. Я успела за день, мне выплатят кругленькую сумму, и я успею насладиться отпуском. Уеду и не буду отвечать ни на чьи звонки. Денег мне хватит, чтобы не работать как минимум год. Смогу даже позволить себе квартиру в этих элитных новостройках.

Весь мир сегодня был у моих ног. Пробки уже закончились, жара сменилась приятной прохладой. А по радио играли только мои любимые песни. Я подпевала каждой и даже не заметила, как подъехала к дому водителя.

После дорогих элитных мест с жителями, у которых на лице написано, сколько денег они сегодня потратили, окраина города показалась слишком печальной. Старые серые облупившиеся панельки, палисадники с вырванными из земли тюльпанами. Куча драных и явно больных котов, которых подкармливают сердобольные бабушки. Забитые парковки разномастными дешевыми, побитыми жизнью автомобилями. И в этой тоске и унынии старые железные двери подъездов, которые местами уже погрызла ржавчина.

Я позвонила в нужную квартиру и дверь домофона сразу же открылась. Удивительно. Редко кто так беспечно впускает в подъезд, даже не спросив, кто там. Но, осмотрев подъезд изнутри, я сделала вывод, что здесь даже входные двери можно не запирать. Бессмысленно абсолютно. Выглядит все очень мрачно, настолько, что ни один уважающий себя домушник не полезет.

Я поднялась на третий этаж, зажимая нос рукой. Запах рвоты и кошачьей мочи вызывали рвотные позывы.

Я постучала в нужную дверь, и мне сразу же открыли. Высокий широкий мужчина стоял и удивленно смотрел на меня. Он кого-то ждал. Судя по запаху перегара – или собутыльника, или посыльного.

— Вы к кому? – грубый низкий голос, почти что бас.

Я вздрогнула. На его фоне я выглядела совсем крошечной. Одна его рука была шириной с мою талию.

— Олег Бутусов? – я пыталась придать голосу храбрости. Но он еле заметно дрогнул.

— Да, я. А вы, дамочка, кто? – Он пошатнулся.