Книга Академия идеального преступления, страница 86 – Марина Серова

— Ну… Тань, сначала необходимо все тщательно проверить и выяснить, ведь нужны твердые доказательства ее причастности. И потом, как она, по-твоему, могла все это провернуть? – спросил Кирьянов.

— Как? Да легко! Сначала заставила составить завещание, потом – не сразу, конечно, а по истечении определенного времени, чтобы не вызвать подозрения, – обманом увлекла его в какое-то такое место, из которого он не смог выбраться. Ну а дальше – все очень просто. Морила его голодом и не давала воды. И все! Вывезла тело на Кумысную поляну, – раскрыла я свою версию.

— Ты что же, считаешь, что она смогла провернуть все сама, не прибегая ни к чьей помощи? – поинтересовался Владимир.

— Думаю, что она не стала бы рисковать, посвящая в это дело еще кого-то, – ответила я.

— Не знаю, не знаю, – задумчиво произнес Владимир. – Вообще-то мужик, даже если его морили голодом, не легкий груз. Только представь, его надо было запихнуть в машину, потом привезти на ту же Кумыску и выгрузить там. И при этом чтобы никто ничего не увидел.

— Знаешь, Володь… за такие деньги некоторые особи, даже и дамского пола, и не так подсуетиться могут. Она, кстати, выглядит крепенькой. В общем, я не отрицаю такую возможность, Володь, – заявила я. – Как выяснилось, эта бабенка еще в вузе положила глаз и на Константина, и на Ростислава. Но повезло вот с Чернохвостиковым, – сказала я.

— И все-таки, Тань, необходимы доказательства. Железные доказательства причастности этой Лысовой, – подчеркнул Владимир. – Ладно, Тань, у меня сейчас совещание начнется, я тебе перезвоню, – сказал Кирьянов.

— Пока, Володь.

Я нажала на отбой, вздохнула и вспомнила про Аделаиду Степановну. Почему бы ей не позвонить?

Так я и сделала.

— Аделаида Степановна? Здравствуйте. Это Таня, помните, встречались с вами в «Академии»? – когда сняли трубку, представилась я.

— А-а, Тань, как чудесно, что ты позвонила! – восторженно затараторила женщина. – Тань, у меня такие новости! Подъезжай в кафе «Рандеву» на проспекте Кирова, – пригласила Аделаида Степановна, – все расскажу.

Как только Аделаида Степановна произнесла слово «кафе», я сразу же почувствовала, как у меня засосало под ложечкой. Ну что ж, это и неудивительно: ведь с тех пор, как я позавтракала, прошло уже довольно много времени.

— Выезжаю, Аделаида Степановна, ждите, – сказала я и отключилась.

Вскоре я уже входила в небольшое, но уютное помещение. Аделаиду Степановну я увидела сразу: женщина сидела у окна за столиком, уставленным тарелками, и с сосредоточенным видом поглощала их содержимое.

— Еще раз здравствуйте, Аделаида Степановна, – поприветствовала я женщину.

— Таня! Молодец, быстро добралась, – обрадовалась она и тут же помрачнела: – А я тут сижу и обжираюсь. Разъелась как свинья.

— Ну зачем вы так, Аделаида Степановна? И совсем вы не полная, уж если на то пошло, – начала я утешать ее.

— Нет, Тань, я же чувствую, что переедаю. И ничего не могу с собой поделать. Уже все рекомендации выполняю, как обуздать аппетит. В интернете вычитала вот, что нужно положить кусок в рот и жевать его не менее тридцати раз, а лучше – больше. И что же? Ну попробовала я считать, про себя, конечно, эти «разы». А потом плюнула и бросила! – в сердцах воскликнула женщина. – Но, Тань, я не сдалась, нет, – продолжила Аделаида, – вот сегодня пошла я снова в «Академию», к Генриетте, и говорю: «Все, нету больше моих сил! Никаких! Никак не получается у меня соблюдать ваши рекомендации по питанию. Ну просто потому, что не обладаю я силой воли, как некоторые. Правда, иногда могу держать себя в кулаке, то есть не набрасываться на вредную пищу, да даже и на полезную. А потом – раз! И все исчезает у меня во рту в одну секунду. Как будто я сто лет во рту и крошки не держала. Причем я же не слабоумная, все понимаю, но как мне остановиться?