Книга Ее последний шанс, страница 19 – Марина Серова

Я насторожилась. Моя собеседница прервала свое повествование и ненадолго задумалась, в ее глазах появилось озабоченное выражение.

— Алену недолюбливали? – попыталась я вновь разговорить замкнувшуюся было собеседницу.

— Да не то чтобы недолюбливали. – Было заметно, что Юлия честно пытается подобрать наиболее соответствующее ситуации определение. – Просто, как бы вам сказать… По отношению к Алене сформировалось два лагеря. Одни считали ее наивной и бесхитростной, всегда готовой помочь. Если честно, я и сама всегда считала Алену именно такой. Она была хорошей доброй девушкой, но ей не хватало внутреннего стержня.

Юлия вновь задумалась, вертя в тонких пальцах карандаш.

— А другие? – Я попыталась скрыть нетерпеливые нотки.

— Ну, а другие – наоборот. Они считали Алену высокомерной, вы ведь знаете, кто ее мать?

Я кивнула. Еще бы мне не знать, кто моя клиентка.

— Ну вот, – продолжала Юлия, – поэтому Алену считали снобкой, недалекой бездарной студенткой, которая теперь учится в аспирантуре, да еще и на бюджете, благодаря связям матери. Многие откровенно завидовали. Алене ведь не было нужды подрабатывать, чтобы как-то прожить. А у нас двух девушек даже отчислили. Учеба в аспирантуре – это ведь серьезная нагрузка, и совмещать ее с работой очень непросто. А бросить работу – не на что жить. Замкнутый круг.

— Можно ведь перейти на заочную форму, – заметила я. Мне стало обидно за покойную Алену. Вот любят у нас обвинять в своих бедах всех и вся.

— На этой специальности нет заочной формы обучения, – возразила Юлия. – И потом не думайте, что это так легко. Заочно тоже приходится учиться, может, даже еще тяжелее – никто ведь с тобой не нянчится, а требования довольно высокие. И гарантий успешной защиты гораздо меньше. Многие так и остаются без ученой степени.

— Значит, подруг у Алены не было, – заключила я из всего услышанного.

— Нет, на курсе Алена ни с кем из девушек не дружила, – подтвердила Юлия.

— То есть с юношами отношения складывались куда лучше?

Юлия усмехнулась.

— Да там было не с кем строить отношения, я же вам говорила. В их группе с самого начала учились всего двое парней – Никита Костин и Андрей Велихов. Только на выпускном курсе появился Виталий Нерпин. Ее муж…

— А те два молодых человека – Никита и Андрей – тоже считали Алену высокомерной?

— Может, и считали, – в глазах Юлии появилось странное выражение, – но свое мнение держали при себе. Никита часто пользовался ее добротой. То денег у Алены перехватывал, то просил статью помочь написать – считай, за него.

— И Алена соглашалась?

— Как ни странно, да! – возмущенно ответила Юлия. – Он ведь умеет рассыпаться в комплиментах, когда ему надо. «Ах-ах, Аленушка, как хорошо ты разбираешься в проблеме! Ты ведь будущий нобелевский лауреат!» И Алена буквально таяла. А когда он получал готовую статью, то чуть в экстазе не катался. «Как тонко подмечено! Как умно, как талантливо! Спасибо, Алена! Вот что значит настоящий исследователь! Остальные тебе и в подметки не годятся!» И Алена, сияя от счастья, бросалась писать следующую статью. Поразительно заниженная самооценка! Какой уж тут снобизм… Еще и деньги у нее периодически перехватывал. «Со стипухи сразу отдам». Уж не знаю, отдавал ли.

Я просто не верила собственным ушам. Вот уж действительно, проблемы с самооценкой во всей красе. Непаханое поле для психологов.